Книга Зов ястреба, страница 91 – Яна Летт

Боль как от ожога. Давление – как будто за глазными яблоками. Зуд, пробегающий между лопаток. Головная боль. Боль в желудке – может быть, от голода. Озноб. Головная боль…

А потом всё вдруг закончилось. Разом – как будто схлынула вода, выплеснутая из бадейки.

Наслаждение – миг, когда отступает боль. До того раза я об этом не задумывалась.

Судя по всему, не у всех это проходило так гладко. Кто-то продолжал хныкать или стонать, покачиваться на стуле или тяжело дышать, глядя в одну точку.

— Это нормально, – говорила госпожа Сэл, прохаживаясь между рядами, заглядывая в глаза некоторым из нас, беря за подбородки, как будто мы были оленями на ярмарке. – У разных людей усвоение работает по-разному. Сейчас наша задача – понять, как оно работает у каждого из вас. Это наша общая задача. Прислушивайтесь к себе. Ваше тело – ваш друг. Ваш главный друг.

Это имело смысл. Я больше не чувствовала к ней ненависти – как будто и она тоже была одним из побочных эффектов эликсира, который нам ввели.

— Можете встать. Не спешите – геройствовать не нужно. Убедитесь, что голова не кружится…

Судя по звуку, кто-то упал, как куль. Это разрядило обстановку – с разных сторон послышались робкие, пока неуверенные смешки.

— Не так страшно, как я думал, – заметил кто-то – а потом Дигна упала и забилась в судорогах.

У неё по щеке скатилась, от панически закатившегося глаза к вздрагивающим по-звериному губам, одинокая слеза. Дигна дышала тяжело, задыхалась и всхлипывала, пока кропари суетились вокруг неё.

А потом перестала дышать.

Конец одиннадцатого месяца 723 г. от начала Стужи

«…Кто они, препараторы, которые обещают Химмельнам служить всем жителям Кьертании одинаково? Я спрашиваю вас, кто?

Может быть, боги? Воплощённые слуги Мира и Души? Или, может быть, вслед за Безумным Мардом, они считают себя отмеченными богами?

Я, мать, отвечу вам: нет.

Препараторы – такие же люди, как мы с вами. Препараторы – это рабочие с фабрик и динны, торговцы и садовники, служанки и оленники, оленеводы и счетоводы. Любой может стать препаратором, любой может оказаться препаратором, но перестаёт ли он от этого быть тем, кем был когда-то?

Они могут что угодно вещать на заседаниях, но я, мать, говорю вам: нет!

Они прежде всего – люди, такие же, как мы с вами. И они хотят того же, чего хотят все люди! Безопасности. Спокойной и безбедной жизни.

Ни для кого не секрет, что самую лучшую работу всегда получают рекруты из богатых семей. Об этом не принято говорить – но все знают, что это правда.

Нам трудно осуждать родителей, идущих на всё ради спасения ребёнка. Я сама мать! Кому, как не мне, понимать это.

Но если бы дело было только в этом! Недавно в столицу прибыли новые рекруты. Уже скоро наступит время их распределения на службу. Тогда присмотритесь: кто будут те наставники, взявшие ваших детей под своё крылышко? О ком на самом деле они думают, выбирая себе в ученики или напарники? О них или о себе? Если вашему ребёнку не повезло с усвоением – никому не будет до него никакого дела. Сколько ещё вы намерены с этим мириться?

Начинающих, толком не обученных препараторов, ставят в пары с такими же необученными – бросают на произвол судьбы, без защиты, без поддержки старших.

Одумайтесь. Ведь у каждого из вас тоже есть или была мать!..»