Книга Сердце Стужи, страница 38 – Яна Летт

— Нет-нет, извини, всё отлично. – Лицо его снова разгладилось. – Всё отлично, просто мне самому надо было о еде подумать. Я думал заказать здесь, но у них вряд ли есть авденалийский сыр… В другой раз что-нибудь придумаю. Словом, следующий ужин – с меня, ладно?

— Ладно. – Омилия растерялась. Ей и в голову не приходило, что Унельм может почувствовать себя обязанным из-за еды, которую Ведела утащила для них с кухни.

— Итак, сут-стук! Правила простые. – Ульм опустился на колени и расчертил мелком на квадраты не самый чистый деревянный пол. – У тебя белые фишки – вот, отбери их отсюда. Я возьму чёрные. Это бита. Тебе нужно попасть своими фишками в мои дома… Дома – это вот эти квадраты. Мне – надо попасть в твои. Но если ты выстраиваешь прямую линию…

Правила и вправду оказались несложными, и Омилия начала игру, уверенная, что быстро выиграет.

Но уже через несколько ходов оказалось, что всё не так просто. Бита Унельма отправляла фишки точно в цель – а вот её деревянные кружки то и дело вылетали за пределы поля.

— Сут-стук! – крикнул Унельм, когда его фишки выстроились в ряд, и довольно улыбнулся.

— Давай ещё разок, – сказала она, чувствуя себя до смешного уязвлённой.

Они сидели на коленях прямо на полу, фишки летали под ударами биты с сочным щёлканьем. Плащ у Омилии запачкался, волосы растрепались… Она, должно быть, выглядела нелепо – но чувствовала себя как никогда счастливой.

Наигравшись, они пили и ели, разложив яства прямо на гостиничной кровати, роняя на пол крошки от печенья. Унельм показал ей несколько новых фокусов – ни один из них, даже после десятка попыток, ей не удалось повторить.

— Что ж, – сказал Ульм, расправляясь с последним куском сыра, – кажется, у меня только что появилось ещё несколько причин для того, чтобы однажды отправиться во все эти страны.

— А я была в Авденалии. И в Вуан-Фо тоже.

— Серьёзно? – глаза его загорелись. – Расскажешь? Там красиво? Что ты видела?

— Да особо нечего рассказывать. Я была совсем маленькой… Кроме того, мне не разрешали никуда выходить. Так что я видела только сады Рондана – там стоит дворец императора в Вуан-Фо, ну и наше посольство в Авденалии. Меня даже на встречи тогда не брали. А дворцы… Что дворцы, они везде одинаковые.

— А паритель? Ведь ты летела туда на парителе. Каково это?

По крайней мере, об этом ей было что рассказать.

— Это удивительно, – сказала она честно. – Ни на что не похоже. Мир внизу – совсем маленький, и всё как будто на квадраты расчерчено… Реки точно змеи… Или изморозь. А иногда, когда летишь над облаками, не видно ничего. Один раз – тогда мы летели в Вуан-Фо – я видела грозу. Мы огибали её, чтобы она не попала в паритель. Всё вокруг было чёрным, а снизу постоянно вспыхивало серебром, подсвечивало облака… Я подумала, что паритель вот-вот упадёт… Но было так красиво, что даже это меня не заботило. Я только смотрела на это серебро в черноте и думала: «Как красиво. Как красиво». И больше ни о чём.

Некоторое время Унельм молчал, а потом улыбнулся:

— Спасибо. Я как будто сам это увидел.

— Когда ты расследуешь то дело, – сказала Омилия, чтобы порадовать его, – ты наверняка сможешь полететь куда захочешь. На несколько недель… Я уверена, детективу с наградой третьей степени они дадут разрешение.