Книга Сердце Стужи, страница 229 – Яна Летт

«Здесь. Направо».

Я повернула, опустив ладонь на рукоять ножа, и очутилась в тупике… Коридор заканчивался пространством размером не больше моей комнаты в Гнезде.

И там я увидела Эрика.

Во всяком случае, я сразу почувствовала: это он.

Светящаяся, парящая невысоко над поверхностью фигура. Звёздное сияние контуров тела. Особенно яркое – там, где должно было находиться лицо. Свет был слишком слепящим, чтобы взглянуть на него и различить черты.

Фигура казалась нечёткой, струящейся, зыбкой, как туман над водой. Время от времени по ней проходила лёгкая, танцующая рябь – как будто плясала поверхность воды под дуновениями ветра.

Удлинённые, нечеловеческие руки и ноги, прозрачность неразличимых черт… И всё же это был он.

Мой ястреб.

Невозможное, невероятное зрелище.

Его душа.

«Иде», – сказал он, и сияние, закрывавшие от меня то, что было на слое Души его лицом, разгорелось ярче. «Всё хорошо. Ты здесь».

Он протянул ко мне руку.

«Дотронься. Не бойся».

Как в забытьи, я потянулась к его призрачным, мерцающим пальцам… Моя рука прошла насквозь.

— Это сон…

«Нет. Это аномалия».

Он плавно перетёк левее, и за его спиной я увидела нечто, похожее на огромные приоткрытые губы, прорезавшиеся в стене. За ними – полость достаточно большую, чтобы в ней мог уместиться человек.

Я не сразу поняла, что именно мне это напоминает…

Капсулу. Такую же, как те, что отправляли души ястребов в Стужу из лётного зала.

«Ты можешь говорить. Не трать силы на связь… Здесь я тебя слышу».

— Аномалия, – прошептала я. – Я вижу тебя, но не могу коснуться. – Я вздрогнула. – Я… вижу оба слоя разом?

«Как и я. Здесь мне не нужно смотреть твоими глазами. Но я не могу воздействовать на слой Мира… И, судя по тому, что ты не смогла меня коснуться… Тебе остаётся недоступен слой Души».

Я глубоко вздохнула, сжала виски.

Мне хотелось осмыслить это… Но не было времени.

— Что мне нужно делать?

«Помоги мне. Ты видишь тёмное пятно рядом с капсулой?»

Я бы не различила его, не укажи на него Эрик. Оно походило на затемнённые участки на стенках некоторых механизмов, которых нужно было коснуться, чтобы привести их в действие. Прямо над ним, как хоботок, нависал один из дравтовых сосудов, выпростанный из стены. Он напоминал любопытного змея, склонившегося над разомкнутыми краями полости, которую Стром тоже назвал капсулой. Значит, мы одинаково представляли себе, что произойдёт дальше.

«Полагаю, место в полости – моё. Но ты должна коснуться пятна. Я пытался – не вышло. Видимо, это возможно только на слое Мира».

— Значит, если бы ты пришёл сюда один, ничего бы не вышло, – медленно произнесла я, и сияние над его лицом согласно мигнуло.

«Выходит, что так. Но мы пришли вдвоём. И я уверен, это сработает. Не может не сработать».

Но его голос внутри моей головы дрогнул. Нервы мои были натянуты до предела – только поэтому, должно быть, я уловила его сомнение. Его страх.

Потому что это могло не сработать.

Всё это могло быть только ловушкой Стужи. Он мог лечь в эту капсулу и погибнуть. Я могла погибнуть, едва коснувшись пятна на стене…

Но оба мы понимали: сомнения ничего уже не дадут. Мы зашли слишком далеко, чтобы теперь остановиться.

Горло перехватило, поэтому я использовала связь, чтобы сказать:

«Да. Ты прав. Это не может не сработать. Я с тобой».