Книга Небесный всадник. Том 2, страница 38 – Кирико Кири

Первой мыслью было, честно говоря, что я сдох наконец. Правда тяжёлая реальность (или наоборот, облегчение) поспешила напомнить, что я до сих пор топчу бренную землю. Спиной я чувствовал неровную каменистую поверхность. В воздухе витала сырость и неприятный гнилостный запах, перемешанный с чем-то аммиачным.

А потом глаза начали привыкать к темноте.

Была у небесных всадниц такая особенность, обострённые чувства. У них и зрение, наверное, в разы острее человеческого, глаза чувствительнее, позволяя видеть там, где обычный человек ничего не разглядит.

И я видел.

Это была какая-то пещера. С потолка свисали вековые сталактиты. Повернул голову вправо и увидел неровную каменную поверхность пещеры. Повернул налево — проход, уходящий дальше во тьму, откуда, казалось, доносился очень слабый свет. Но смутил меня не свет, а обилие костей и разлагающихся туш, разбросанных у стен пещеры.

Ну понятно, меня притащили в какую-то нору на банкетный стол. Только не говорите, что меня притащили к самому Дилд'Акот-Даю. Учитывая, на какой минорной ноте мы разошлись в последний раз, он меня на черенок от лопаты натянет за милую душу.

Я осторожно пошевелил ногами. Потом руками. Ну… вроде всё двигается, и ничего не болит. По крайней мере, так мне показалось, пока я не решил встать…

Боль была такой, будто мне всё тело обработали битой. Меня ни разу ею не обрабатывали, но уверен, что примерно так это и ощущается: все мышцы болели, словно из них сделали хорошую такую отбивную. Едва я попытался встать, как меня тут же скрутило такой болью, что я просто упал обратно. Ощущение было таким, будто мышцы просто перестали держать тело.

Пришлось немного отлежаться, прежде чем повторить попытку. Аккуратно перекатившись на грудь, я осторожно встал на четвереньки, привыкая к каждой вспышке боли от любого движения, после чего очень медленно поднялся на ноги. Немного покачнулся, но удержал равновесие, привыкая к негостеприимной гравитации.

И лишь после этого я повторно огляделся.

Это был самый настоящий склеп. Трупы разной свежести, в основном животные типа оленей, медведей, даже коров и овец, но на глаза попадались и характерные кости людей и даже доспехи, помятые и поржавевшие. Я прямо зарядился мотивацией.

А знаете, что ещё заразило меня мотивацией? Рык где-то в глубине пещеры, который разнёсся рокотом заводящегося двигателя по сводам норы. Тихий и очень нехороший, обещающий мне на жопу проблем ещё больше, чем есть сейчас.

— Да когда же, сука, это всё закончится… — пробормотал я, оглядываясь по сторонам.

Тут даже спрятаться было негде, а валяющееся оружие, типа мечей, которые сюда притащили вместе с людьми были как зубочистка против носорога. С другой стороны, ещё жив и уже ладно, а остальное как-нибудь стерпится.

Я сделал первый шаг во тьму. Пока никто за меня не спохватился, настало время выбираться из этой дыры.

Я сделал несколько осторожных шагов в темноте. Тело отзывалось болью везде, где только можно. Мышцы спины, живота, плеч, рёбер — болело всё. Чудо, что я вообще мог двигаться после такого, но тут, наверное, больше заслуга того, что я из небесных всадников, которые и не такое могли пережить.

Та-а-ак…

Я ещё раз огляделся.

Пещера была большой, до потолка тут прыгать и прыгать, а в ширину она вполне позволяла пролезть дракону, а то и двум. Под ногами в углублениях то тут, то там попадались зловонные лужи, натёкшие с разлагающихся трупов. Где-то со свода пещеры капала вода, я слышал ритмичные кап-кап-кап, эхом разносившиеся по норе, к которому присоединялся бесконечный монотонный гул жужжащих мух. Не пещера, а сказка, блин…