Книга Под драконьей луной, страница 36 – Робин Слоун

— ВОЛШЕБНИК!..

В затопленной башне царил непроглядный мрак, однако у Гумбольдта в набрюшной сумке имелся фонарик, и бобр его включил. Вода была чистейшая, без ила и мути. Ариэль увидел богато убранный покой: огромную кровать (черную) под расшитым покрывалом (черным), увенчанную балдахином (черным), – когда они вошли, тяжелый полог всколыхнулся от движения воды. В камине по-прежнему лежали дрова (аккуратные черные полешки). Это выглядело так мирно и по-домашнему, что Ариэлю казалось, будто камин можно зажечь.

Крепко держа мальчика за руку, Гумбольдт вывел его в длинный коридор. Здесь не плавало ни единой рыбки – они не могли дышать болотной водой.

Ариэль тоже не мог, но, к собственному удивлению, не чувствовал страха. Возможно, ледяная вода охладила его нервы. Маленькая упрямая вера в себя несла его сквозь воду. И у него был проводник – Гумбольдт.

Вдоль всего коридора тянулись высокие, призывно открытые окна, но когда Гумбольдт повел фонариком, за ними оказалась сплошная масса мокрого затонувшего мха.

По стенам висели картины; и рамы, и сами полотна почернели, сюжеты канули в небытие. Обширная крепость выросла и ушла под воду за то время, что я был заперт в гробнице; она была разом далеким будущим и седой древностью. Здесь, во тьме, время на миг утратило направление.

Бобр подошел к окну и потянул Ариэля за собой, все так же крепко держа его за руку.

Серебристый свет пробивался сверху, озаряя пологий подъем. Ариэль пролез в окно, и Гумбольдт, работая перепончатыми задними лапами, поплыл вдоль склона широкой моховой кочки. Ариэль видел перед собой мощный бобриный хвост. Сам он плавать не умел, но силы Гумбольдта хватало на них обоих.

Они выплыли на поверхность, и Гумбольдт осторожно вылез из воды, Ариэль за ним. Башня Людовода была у них за спиной, скрытая в тумане. До Ариэля долетали раскаты голоса – Мэлори ревел, однако слов было не разобрать.

Вернись! – вскричал Минимизатор Сожалений. Вернись и сражайся!

Голос у меча хрипел. Бегство его терзало. Сожаления не минимизировались.

— Тут что-то в воде, – прошептал Гумбольдт. – Надо спешить.

Глупец сам к нам пришел, стенал меч. У меня остался еще один снаряд. Прикажи мне! Я уничтожу башню и всех в ней!

— Лорд Людовод нам помог! – воскликнул Ариэль.

Он уже умер, возразил меч. Ты еще жив. Прикажи мне!

Бобр танцующе скользил по болоту. Ариэль плескал по колено в воде, с трудом нащупывая зыбкую почву. Он мог лишь держаться сразу за Гумбольдтом, полагаясь на его опыт и осторожность.

Опыт и осторожность не подвели.

— Вот! – пискнул Гумбольдт. В тумане вырисовывалось что-то темное. – Стена. Поднажми!

Внешняя стена древней Смертельной крепости тянулась через все болото. На ней Ариэлю уже не придется нащупывать каждый шаг – он сможет бежать, бежать, бежать, пока не окажется на дороге – в безопасности.

Впереди в зеркальце открытой воды мелькнуло что-то серебристое. Форель? В речке, текущей через Соваж, водились жирные стремительные форели.

Мальчик всмотрелся в воду.

— Первая рыба, какую я здесь вижу, – заметил он.

— В болоте не водится рыба! – крикнул Гумбольдт. – Стой!

Что-то серебристое вырвалось из воды. То была не форель, а рука, сжимавшая брошенный меч Экскалибур. На запястье блестел тяжелый браслет.

Волшебник подготовил не только меч в камне; следуя тому же мифу, он создал свою Владычицу Озера и, когда все остальное не сработало, отправил ее в погоню за мальчиком.