Книга Песнь Первого клинка, страница 271 – T. C. Эйдж

— Но не в войне с расаланцами, – ответил Киллиан. – Вы, молодые рыцари, все хотите получить шанс завоевать признание в бою, как это делали мы. Но вам нужна война с Югом, а не с Севером.

— Не все из нас хотят войны, – сказал Элион, думая, что отец оценит эти слова.

— Ты что, не хочешь прославиться? – спросил Киллиан. – Не хочешь сразить дракона, выиграть битву, дать своему мечу достойное имя? Мы все хотим сидеть поближе к Варину, когда придет время, Элион. Вот что всегда тянет нас воевать.

— Так, может, нам стоит отказаться от этих фантазий? – в сердцах выпалил Элион. Киллиан обескураженно откинулся на стуле. Амрон только вздохнул. – Кто докажет, что с Варином там вообще кто-то сидит? Насколько мне известно, оттуда еще никто не возвращался, чтобы рассказать.

— Есть свидетельства в священных текстах, – уверенно ответил Киллиан. – Варин сам писал, что все воины его рода присоединятся к нему после смерти. «И вознесутся они, и сядут за мой великий стол, и будут пировать со мной после своего падения, и, освещаемые моей улыбкой, расскажут мне о своих деяниях и подвигах», – процитировал он. – Для меня это достаточное доказательство.

— Вам легко в это верить, – проворчал Элион. – У вашего поколения была своя война. А как же те, у кого никогда не было шанса выиграть битву и прославиться на поле боя? Неужели они будут сидеть на галерке, откуда Варина даже в подзорную трубу не видать? Не думаю, что это справедливо.

— Жизнь вообще несправедлива, Элион. Сходи в Низины и убедишься в этом сам.

— Я бывал там, Киллиан.

Прозвучал сигнал, и все разговоры стихли. В королевской ложе появился король Эллис с супругой и дочерью. Веррин, как обычно, сидел рядом. Все члены королевской семьи поприветствовали зрителей и заняли свои места на тронах. Веррин бросил на родню быстрый взгляд и тут же снова повернулся к королю.

«Дядя, только не говори мне, что ты тоже в этом участвуешь», – пронеслось у Элиона в голове.

Через несколько секунд герольд начал официальную церемонию и обратился к жителям Варинара. Первым на ристалище должен был выйти Алерон – он будет сражаться в полуфинале с двоюродным братом Киллиана Бронтусом Олораном. Мало кто верил, что Бронтус сможет победить, учитывая, как уверенно выступал Алерон. Для Элиона оставался только один соперник, который мог помешать брату. Человек, который, как он думал, связан с ними кровными узами.

Пока ведущий представлял двух бойцов, а зрители громко приветствовали их появление, Элион наклонился к отцу.

— Ты ведь не сказал ему, да? – тихо спросил он, кивнув в сторону Киллиана. – Про Ладлэма? Я думал, ты хотел привлечь Киллиана.

Амрон покачал головой.

— Не вижу смысла, Элион. Киллиан не сможет помочь.

— Но ты же ему доверяешь?

— Конечно, доверяю. Пусть он из дома Олоран, но, кроме Киллиана, я мало на кого полагаюсь.

— Тогда почему не рассказать ему? Может, ему придет какая-то мысль.

— Какая, например? Мы говорили о Ладлэме, Веррине, Эллисе и других, кто может быть замешан в этой истории. И к чему это нас привело? Ладлэм ведет себя именно так, как мы и предполагали. Он является на поединки, а потом сразу же исчезает. И что мы можем сделать? Разве что прямо высказать свои подозрения.

— Так давай это и сделаем, – предложил Элион.

— Что?