Книга Истинная роза северных варваров, страница 51 – Татьяна Бэк

Хельги при этом вздрогнул. Его веки шевельнулись, и он медленно, с невероятным усилием, приоткрыл глаза. В них не было прежнего холодного блеска. Была только глубокая усталость и… боль.

Младший ярл смотрел не на брата, а лишь на меня. Его взгляд скользнул по моему лицу, по растрёпанным волосам, выбивающимся из-под капюшока плаща, по порванному вороту туники, который я не успела как следует поправить. Он заметил свежие, красные следы на моей шее — отметины Хеймдара. И что-то в его глазах погасло. Как последний уголёк в пепле.

Его губы слабо дрогнули.

— Поздравляю, — прошептал истинный, и его голос был едва слышным шелестом опавших листьев. — Нашли… утешение друг в друге. Пока я здесь… гнил.

— Нет, — выдохнула я, шагнув вперёд, но он закрыл глаза, отворачиваясь. — Хельги, это не так…

— Так! — перебил Хеймдар. Он тоже видел понимание в глазах брата. И не стал отрицать. — Это случилось. Но это была ошибка. Наш треугольник имеет силу, лишь когда мы вместе.

Хельги слабо усмехнулся, не открывая глаз.

— Удобная позиция. Сначала пользуешься… потом сожалеешь. Оставьте меня. Идите. Ваш круг… он теперь для двоих. Я лишь… лишняя деталь.

Его тихие слова, полные боли и ледяного отчаяния, были страшнее любого крика. Чёрные отростки, опутавшие его, в ответ на эти слова, сжались чуть сильнее. Тёмная субстанция озера забулькала, и от неё потянулись новые щупальца, медленно поползшие вверх по мужскому телу. Хельги не сопротивлялся.

«Нет!» — закричало что-то внутри меня. Это было хуже, чем когда истинного утаскивало чудовище. Тогда он боролся, а сейчас сдался. И наша случайная связь с Хеймдаром, наше недавнее предательство, были последней каплей, переполнившей чашу.

Я упала на колени на краю чёрного озера, не обращая внимания на опасную близость субстанции.

— Ты не лишний! — крикнула, задыхаясь. — Ты слышишь? Ты — часть этого! Я пометила тебя в камне не для того, чтобы потом оставить! Мы пришли за тобой! Мы… мы не целые без тебя.

Я протянула к Хельги руку, но не касалась чёрных отростков. Аккуратно и нежно дотронулась до безучастного лица истинного. Его кожа была холодной как лёд. Мужчина вздрогнул, но не отстранился.

Хеймдар опустился рядом со мной на одно колено, глядя прямо на брата.

— Ты говорил, что хочешь быть равным, — сильным, настоящим вождём. Так будь им! Не сдавайся сейчас. Не позволяй этой… грязи… и нашей глупости сломать тебя. Вернись и отомсти нам потом, если хочешь. Но выйди.

Старший ярл протянул свою руку, ту, на которой был ожог от тьмы, и положил её поверх моей на щеке Хельги. И наша общая метка вновь вспыхнула.

Хельги открыл глаза. В них уже не было той ледяной пустоты, — там полыхала ненависть к нам, к себе, к Каину. И под всем этим — слабая, еле живая искра того самого упрямства, что когда-то заставило его искать силу любой ценой.

Истинный посмотрел на наши руки на своём лице, на светящуюся метку Хеймдара. Потом перевёл взгляд на меня, на мои слёзы.

— Вы… идиоты, — прошептал он. — Оба.

Но в его голосе больше не было злобы. И тогда он сам, с невероятным усилием, потянулся навстречу мне. Чёрный шрам на его руке вдруг потрескался. Из трещин брызнул не чёрный сок, а ярко-алая горячая кровь. И эта кровь, коснувшись чёрных отростков, заставила их зашипеть и ослабить хватку.