Книга Развод. Убью мужа, страница 90 – Анна Королева

Тишина.

Лицо Юры сначала белеет, потом становится серым, как пепел. Губы дрожат.

— Ты... лжешь...

Я продолжаю улыбаться. Холодно.

— Я пришлю тебе в тюрьму тест на отцовство.

Юра будто вдруг начинает задыхаться. Его пальцы скрючиваются, ногти впиваются в стол.

— Я... убью его. — Он говорит это так тихо, что я едва слышу. — Я убью вас обоих! Тварь! Сука неблагодарная!

Я делаю шаг назад, к двери.

— Что, дорогой? — Голос звучит почти игриво. — Оказывается, невозможно контролировать всё в этом мире, да и не все пляшут под твои хотелки? Обидно, да¿

Его крик — нечеловеческий, хриплый — преследует меня по коридору.

— Я ТЕБЯ УБЬЮ! ТЫ СЛЫШИШЬ?! ТЕБЯ И ЭТОГО УРОДА!

Дверь захлопывается.

Я выхожу на улицу. Дождь. Свежий воздух.

И тишина.

Я не знаю, правда ли это — про ребенка. Но сейчас мне плевать.

Потому что впервые за долгие годы...

Я свободна.

Пять лет.

Пять лет настоящего, глубокого счастья — того самого, которое греет изнутри даже в самые хмурые, проливные дни, которое не зависит от внешних обстоятельств и не требует доказательств. Пять лет — как новая жизнь, которую я даже не смела себе представить раньше.

Я сижу на террасе нашего дома за городом, укутанная в мягкий плед, вдыхая аромат свежескошенной травы и теплого хлеба, который только что испекла. В чашке — горячий чай с лимоном и медом. В воздухе — тишина, какая бывает только вдали от города: только ветер в кронах деревьев, редкие крики птиц и тихий смех, доносящийся с газона.

Мой Дениска — наш самый главный подарок судьбы, смешной и серьёзный одновременно, копия Артёма до последней упрямой складки на лбу, до взгляда, в котором уже сейчас прячется взрослое понимание мира. Он крадётся по траве, ползёт, как настоящий разведчик, изо всех сил стараясь не наступить на сухую ветку. Вот он, аккуратно, как учил папа, замирает за кустом сирени. Его цель — наш кот Граф, ленивый и толстый, с видом аристократа, который позволяет этим людям жить у себя дома.

— Тссс, мама! — шепчет Дениска, бросая на меня заговорщицкий взгляд через плечо. Он прижимает указательный палец к губам — отчаянно серьёзно, по-взрослому. — Я его… как там папа говорит… в разработку взял! Представляешь?

Я с трудом сдерживаю смех, чтобы не выдать «операцию».

— Опасный преступник? — подыгрываю я, наклоняясь вперёд, будто сама втянута в это шпионское дело.

— О-о-очень! — Дениска раздувает щёки и хмурит брови, вылитый Артём в особенно грозные моменты. — Он вчера… — он делает паузу, припоминая формулировку, — вчера украл мою сосиску! Прямо со стола! Это диверсия, мама!

Я не выдерживаю, смеюсь — легко, громко, искренне. До сих пор не верится, что вот так, просто, можно быть счастливой. И что у меня есть сын, который даже интонации своего папы схватывает безошибочно.

В этот момент из дома доносится аромат свежесваренного кофе и чего-то сладкого — мои булочки с корицей только-только остыли на подоконнике. Артём выходит на террасу, в руках две кружки — он всегда помнит, как я люблю свой кофе: чуть слабее, с каплей молока. Он стал спокойнее за эти годы, но в глазах всё та же стальная уверенность и внутренняя собранность. Только теперь она не пугает, не холодит — наоборот, греет.

— Кто тут у нас борется с преступностью в моё отсутствие? — он улыбается, протягивая мне кружку, и его рука ненадолго задерживается на моей.