Книга Развод. Убью мужа, страница 61 – Анна Королева

Кирилл выводит фургон на загородную трассу, и только тогда я начинаю понемногу приходить в себя. Машина несётся сквозь ночь, фары выхватывают мокрый асфальт, обочину, пустые рекламные щиты. Я жму ладонями виски, пытаясь унять головную боль.

— Куда мы едем? — спрашиваю, наконец, когда голос возвращается.

— В безопасное место, — отзывается Кирилл.

— Артём будет там?

Вика молчит, и мне становится страшно от этой паузы.

В какой-то момент фургон сворачивает к старому складу. Кирилл глушит мотор, напряжённо всматривается в темноту. Вика выходит первой, осматривается, подаёт мне знак следовать за ней.

— Быстро, — шепчет она, и я иду, будто на автопилоте.

Прошла всего неделя, но у меня ощущение, что я прожила целую жизнь в этом безымянном убежище — доме на окраине города, где за окнами только сосны и тишина. Всё это время я прячусь, словно призрак: никто не звонит, никаких новостей, только редкие сообщения от Вики — всё коротко, по делу, без подробностей. Артём не выходит на связь. Я не знаю, жив ли он вообще. Мне запрещено выходить на улицу, даже шторы велели держать плотно задернутыми. Я чувствую себя пленницей — не только физически, но и внутри себя.

Иногда я слышу, как Вика разговаривает по телефону в другой комнате — вполголоса, сдержанно, но в её тоне проскальзывает тревога. Я пытаюсь не думать о Владе, о том, что он наверняка ищет меня. Он ведь не прощает предательства. Особенно такого.

Время застывает. Дни сливаются, ночь становится единственным настоящим временем суток. Я почти перестаю есть — еда не лезет в горло, всё кажется бессмысленным. Мои мысли крутятся вокруг одного: жив ли Артём, и найдёт ли меня Влад. А еще время от времени, я думаю о том, что с Юрой. Он ведь пережил тот взрыв, но жив ли он до сих пор — большой вопрос.

Однажды утром я просыпаюсь с головной болью и странной слабостью. Подумала — нервы, бессонница, всё вместе. Но на следующий день становится только хуже: мутит, бросает в жар, а запах кофе вдруг начинает вызывать отвращение. Сначала я стараюсь не обращать внимания, списываю всё на стресс, но когда Вика замечает, что я почти не ем и бледная как полотно, она приносит мне тест на беременность.

— Просто исключи, — говорит она, избегая смотреть мне в глаза.

Я запираюсь в ванной, сижу на краю ванны, уставившись на две полоски. Две.

Две чёртовы полоски.

Я не знаю, плачу ли я, смеюсь ли. Всё происходит будто не со мной.

Вика стучит в дверь:

— Ну что?

Я выхожу, показываю тест. Она только кивает, не спрашивает ни о чём, просто крепко обнимает меня — и я впервые за всё это время позволяю себе разрыдаться.

Но когда слёзы высыхают, приходит другая боль.

Кто он — этот ребёнок? Чьим голосом однажды он позовёт меня? Чьи черты лица я увижу в его глазах, когда впервые возьму на руки?

Юра или Артём?

Я пытаюсь вспомнить всё по минутам, по взглядам, по прикосновениям. Я ведь пыталась быть верной, пыталась сохранить остатки прошлого, уцепиться за ту жизнь, где всё понятно, пусть и страшно, пусть и больно. А потом появился Артём — и мир раскололся, как лёд весной, треснул с глухим стоном. Я не знаю, когда началась эта новая жизнь — в тот вечер, когда он впервые вышел на связь, или когда я впервые позволила себе поверить ему.