Онлайн книга «Сломанный Свет»
|
Вдохновение. Вот что он чувствовал! Ева — словно райская птица имела в себе столько жизни и света, что все вокруг оживало. И Кир оберегал ее Свет. Вместе с бурными признаниями и жаркими ночами, которыми они не могли насытится, были и тихие вечера с чаем, прогулками, встречами в кафе или в спорт-клубе с коллегами и друзьями. Поцелуй на прощание перед сменой — стали ритуалом. В отпуск Кирилл и Ева путешествовали по городам Западной Сибири, летали в теплые страны, но особенно любили поездки к Байкалу летом, да и зимой. Жизнь стала ровной, настоящей, взрослой. И в этой простоте было счастье — тёплое, устойчивое. Кирилл знал: всё самое трудное осталось позади. Теперь — только дорога вперёд, долг, служба и тихий свет, который всегда будет ждать его в окне. Свет, который зовут Ева. * * * Новый год. Встреча старых друзей. Дворик отца Кирилла встретил его и Еву хрустом чистейшего снега и запахом свежих дров. Из трубы новой беседки отца Кира тянулся лёгкий дымок — знак, что внутри топится печь, согревая помещение для новогоднего пикника. Скоро будет встреча друзей. Придут Глеб, Сашка, Артём. Кто с жёнами, а кто с девушкой, то есть конкретнее — Артём. Если Глеб и Сашка женились так же быстро, как и Кир, то Артём ещё ходил холостым, и вот, кажется, у него снова девушка — какая-то первокурсница. Кир вдохнул морозный воздух, в котором смешались ароматы зимы, сосен и детства, открыл багажник автомобиля. Гостинцев они с Евой набрали больше, чем личных вещей. Сибирские сладости, даже варенье из шишек и шоколад с кедровыми орешками имелись. В планах у них было погостить у отца Кирилла, у матери Евы, потом направиться в гости к семье Глеба и вернуться домой, в сибирский город, ставший таким родным. А там и отпуск Кира закончится, и снова трудовые будни. Но Кир горел работой, как бы прозаично это ни звучало. Да и Ева обязательно поспешит к своим ученикам в художке. — Вот, пожалуй, эти я возьму, — рядом, поправляя края белой дублёнки (и обязательно эко-дублёнки, никаких убитых животных), суетилась вдохновлённая Ева. Она достала плетёную корзинку, которую сама смастерила незадолго до поездки. Точно так же, как и многочисленные подарки для друзей, отца Кира, мамы и для самого любимого… Кир улыбнулся, залюбовавшись своей женой. И тем, как она осторожно, изящными движениями поправляла бантики на подарках. «Идеальная… самая любимая», — подумал Кир, целуя в щёку Еву и осторожно поглаживая её уже заметный животик… Она слегка смеялась, пытаясь поймать равновесие, пока Кир не подхватил часть коробок. — Осторожнее, моя красавица, — сказал он, улыбаясь. — Ты таскаешь больше, чем положено. — Это не коробки тяжёлые, — парировала она с лукавым взглядом, — это ты слишком заботливый. Кир хмыкнул, поставил всё на скамейку у крыльца и, не сдержавшись, обнял Еву, поцеловал в висок. — Просто не могу смотреть спокойно, как ты носишь что-то тяжелее кружки чая. Он провёл ладонью по округлому животику, укрытому под мягкой дублёнкой, и тихо добавил: — Моя самая красивая. Моя любимая. А скоро появится наша маленькая Анюта… Он любовался своей женой. С каждым годом она становилась всё краше и краше. Светилась изнутри, чувствуя ответную любовь. А беременность Еве пошла на пользу: тело стало женственнее и желаннее, и Киру это очень нравилось. В особенности грудь третьего размера и округлившиеся бёдра Евы. Он не мог понять, почему Ева так переживает из-за этого — ведь стала ещё более сексуальной… |