Книга Измена. Доверие (не) вернуть, страница 16 – София Брайт

— Дашка, Дань, — схватил меня за кисти, прижимая их к моим бедрам по бокам и не позволяя дать отпор. — Любимая моя, — пытался поймать губы, но я уворачивалась, и он мазал губами по подбородку, виску, скуле.

— Нет, Тимур! Нет, — извивалась, стараясь вырваться из его объятий. — Ты мне противен! Твои поцелуи мне противны! — выплюнула, зажмурившись в отвращении. — Меня сейчас вырвет!

— Что? — замер Бакиров, испепеляя меня тяжелым взглядом.

— Мне противен ты, твои прикосновения, а поцелуи вызывают тошноту! — отчетливо проговорила, глядя ему в глаза.

Увидела, как раздуваются его ноздри и гневно сходятся брови на переносице, и ощутила краткую вспышку ликования.

— Мы разводимся! Поэтому прошу тебя собрать вещи и съехать сегодня же, — ни разу не дрогнула, выдержав тяжелый взор.

— Съехать, значит? — зло спросил он.

— Да. Думаю, тебя без проблем приютит твой бизнес-партнер.

— Ты же шутишь, да? — отпустил меня, не разрывая зрительного контакта и пытаясь убедиться в том, что я не серьезно.

— Да какие шутки, Тим. Чемодан ты знаешь где, гардероб тоже. Вперед, — кивнула ему в направлении спальни.

Муж испепелял меня темным взглядом, его грудная клетка ходила ходуном, и казалось, что он готов взорваться.

— Значит, хочешь, чтобы я съехал?

— Именно!

— Ну нет, малыш! Не хочешь оставаться со мной под одной крышей, тогда съехать придется тебе!

— Что? — изумленно смотрела на своего благородного и честного Тима.

— Я никуда не уйду из своей квартиры! — скрестил руки на груди. — Не нравится? Тогда с чемоданом на выход, — выстрелил контрольным в голову.

— Если не хочешь оставаться со мной под одной крышей, то вперед! — скрестил руки на груди Тимур, прожигая меня взглядом.

Несколько мгновений я в ужасе смотрела на этого совершенно незнакомого человека, не в силах поверить, что прожила вот с этим мужчиной столько лет. Кажется, у меня даже сердце остановилось на какое-то время, а затем заколотилось с новой силой. Жар подкатил к лицу, а в груди разгорелась настоящая ярость.

— Ну и подонок ты, Багиров! Какой слепой я была все эти годы!

Развернулась и направилась в спальню, твердо решив немедленно подать на развод и раздел имущества.

Ну какая же сволочь! Какой гад! Жену с вещами на выход, после того, как сам так жестоко меня предал! Подонок!

Внутри меня все клокотало от злости. Кажется, я ненавидела его в это мгновение сильнее, чем когда-то любила. Мне хотелось кидаться предметами, вцепиться ему в волосы и кричать, что ни за что не позволю ему выгнать меня из своего же дома.

Влетела в спальню, захлопывая дверь и собираясь повернуть замок, но Тимур успел нажать на дверную ручку и толкнуть полотно внутрь.

— Что ты делаешь? — крикнула, отшатываясь и едва ли не падая назад.

— Захожу в свою спальню, — как ни в чем не бывало ответил муж.

Его грудь часто вздымалась. Он так же, как и я, был в ярости.

— Бери, что тебе нужно, и выходи! — смотрела, как он прошел к гардеробу, распахнув дверь, но так и не вошел внутрь.

— С чего вдруг? — повернулся ко мне лицом и начал расстегивать запонки на той самой рубашке, что он снимал накануне в квартире той женщины. — Это моя комната, и я никуда не уйду отсюда.

— Ты здесь спать не будешь! — чувствовала, как внутри меня все клокотало.

— Буду, Даша! И еще как!