Книга Наши лучшие дни, страница 319 – Клэр Ломбардо

— Грейси, рассуди нас.

— Не могу. Я, когда в школе училась, уже не застала ни этого вашего Уайтмена, ни Калхуна. Зато был один препод…

— Это никому не интересно.

— Господи, Венди!

Теперь можно хоть самой себе сознаться: ужас как недоставало этого права – встречать смехом замечания Венди, неизменно точные – и бестактные.

— Ах, простите-извините. Ну не колышут меня анналы исторического факультета – что, криминал, да?

— Факультетов в школах не бывает. Только в универах.

— Чушь.

Шуму от сестер – как от стада слонов, честное слово. Пикируются за столом, сидя друг напротив друга, – а Грейс не вовлечена, Грейс на обочине (ничего принципиально нового, кстати). Как она всегда завидовала двоим старшим, Венди и Вайолет, – их взрывоопасной взаимной привязанности. Сейчас Венди уже изрядно под мухой, да и у Вайолет язык заплетается, но пока обе сравнительно добродушны. Ничего, Грейс потерпит. Насмешки ранят несильно, ведь ненависть к себе самой пошла на убыль, даром что Грейс живет с родителями – это в двадцать четыре-то года! Мэтт устроил ее в свою фирму помощником юриста. Жизнь у нее по-прежнему гадкая, но выпадают и светлые моменты, а это уже прогресс.

Бен – здесь, в доме на Фэйр-Окс. Летал к тетке в Бостон, с пересадкой в Чикаго – это ли не чудесное совпадение? – и вот заглянул. Ничего такого они не планировали – ни встречи, ни тем более знакомства с родителями. Кажется, тот поцелуй (который случился по инициативе Грейс) стал на сегодняшний день главным ее признанием – да, что-то между ними имеется, – так вот, после поцелуя исчезла натянутость, и теперь слова для текстовых сообщений приходят сами и сами же срываются с языка во время нечастых созвонов. Грейс легко, потому что Бен умеет слушать и смешить ее. Сейчас он буквально через стенку; возможно, мается в сугубо мужской компании. Хорошо бы выскользнуть в гостиную, а нельзя: сестры окончательно засмеют. Их и так крайне забавляет то обстоятельство, что младшенькая впервые привела на праздник парня, и бесполезно объяснять: никакой он не парень, а просто друг.

— Он для меня просто близкий человек, – втолковывала она Венди еще до обеда. – Даже не так. Просто – личность.

— Поосторожнее в выражениях, – бросила Венди. – От лести, по слухам, мрут.

Короче, Бен Барнс – на Фэйр-Окс, свой среди своих, вот Грейс и расхрабрилась. Всегда в ее жизни людей было хоть отбавляй – любящие папа с мамой, снисходительные сестры. Грейс не была одна – но не была и НЕ одна. Потому что родные тебя не выбирают – у них семейные обязательства, которые лопни, а выполни. Бен выбрал ее сам. Сам решил чувствовать за нее ответственность – и вроде не разочарован. Когда вокруг тебя столько народу, велика ли разница, если еще один субъект прибавится? Оказывается, очень велика. Нет, Грейс повезло с самого начала – не каждому дается большая семья. Но отыскать своего человека среди прочих, не связанных с тобой кровными узами, да чтобы этот человек в твою семью вписался, чтобы как дома себя чувствовал среди твоих родных, тем самым изменяя само понятие о «доме», расширяя границы условного «дома», – поистине, это чудо.

* * *

— Ты чего злая такая?

Раздраженные голоса сестер вызывали у Лизы зубную боль.

— Надо же кому-то быть злым.

Вот они с Райаном – под одной крышей. До сих пор их совместное времяпрепровождение ограничивалось краткими визитами Райана в Чикаго (цель – поглядеть на дочку) и единственной поездкой, которую в прошлом месяце предприняла сама Лиза. Замучилась вести машину и следить за маленькой Кит. Чуть живая, дотащилась до самой северной точки штата Мичиган, где ее встретил Райан. Дальше, до ветряной электростанции, плыли на пароме. Словом, в доме Лизиных родителей Райан не появлялся больше года. Неудивительно, что папа, мама и сестры обескуражены. Мама, впрочем, нашлась первой – без долгих раздумий заключила Райана в объятия. Лиза вспыхнула, но досаду выразила только тем, что слегка передернула плечами и крепче прижала к себе Кит, которая, словно осьминожка, сразу потянулась к дедушке – привыкла, дедушка ведь был ей нянькой. Мэрилин задело, что малышка выбрала не ее. Тогда Лиза вручила Кит отцу, и Мэрилин быстро нашлась – устроила голову на мужнином плече, заворковала вместе с Дэвидом над внучкой.