Книга Наши лучшие дни, страница 224 – Клэр Ломбардо

— Слышь, братишка. – Джона отвел Уотта в сторонку, присел перед ним на колени. – Мне на уроки надо. А ты крут. Ты тут всех наповал сразил, так и знай.

Уотт заулыбался. Поверил Джоне. Вот и хорошо, такие малыши должны верить взрослым (ну или пятнадцатилетним, какая разница). Целому миру должны верить, и пускай Уотт не сомневается, даром что у самого Джоны такой веры не было, нет и, пожалуй, не будет. Джона стиснул пальцы и протянул кулак Уотту, и малыш с восторгом стукнул по нему своим кулачишкой.

Пробуждение было внезапным. Первая мысль Вайолет: ничего себе, когда успела отключиться? Теперь голова неподъемная, да еще и изжога – не иначе от слез. Вайолет поднялась со скрипом, начала потягиваться. На будущее ей урок – не спи в кресле. Что там хотела сказать мама, но сдержалась, прервала разговор, а значит, не будет теперь терзаться угрызениями совести? В глазах защипало, и тут же Вайолет уловила странный звук – приглушенное жужжание. Ну конечно: ее телефон на виброзвонке, оставлен в кухне, а сверху брошено посудное полотенце.

— Алло, – сказала Вайолет, увидев на экранчике имя «Мэтт».

— Боже! Вайол, ты… с тобой все в порядке? Господи Иисусе!

— Ну да. Я заснула и поэтому…

— Она заснула! А я… я чего только не передумал. Твою мать, Вайолет! Как ты могла забыть…

Снова это гадкое чувство, как в начале разговора с мамой.

— Ты забыла, какой сегодня день, так я понимаю?

В висках тотчас запульсировало: о нет, о нет, о нет!

— Какой?

Но взгляд уже и так уперся в календарь, самой же Вайолет пришлось привалиться к кухонному столу.

— Боже!

Бедный Уотт! Бедная ее звездочка, самая лучшая во всей Вселенной!

— Тебя ждали до упора. Звонили – ты не отвечала.

Вайолет закрыла глаза:

— Ну а ты? Ты поехал к нему? Он в итоге справился?

— У меня была деловая встреча. Я сорвался тотчас, но в центре же пробки.

— Так что там случилось?

— Джона там случился.

Вайолет оцепенела. Как неожиданно. А впрочем – к тому все и шло.

— Они пели вместе. Мисс Руфь сняла для нас видео.

Не будь они с Мэттом на грани – посмеялись бы. Ведь одна только «мисс Руфь» – уже причина прыснуть. Не говоря про ключевое событие, дебют пятилетнего Уотта с более чем «взрослой» композицией «Криденс Клируотер», с вокальной партией в исполнении его сводного, внебрачного брата. А какова аудитория! Кучка гламурных теток: Гретхен «Буффант», Эштонова мамаша, Дженнифер Голдстейн-Майер с ярким козырьком наперевес и иже с ними. Так вот, у этих теток теперь на несколько месяцев решен вопрос с темой болтовни за ланчем.

Только в том-то и дело, что мир в семье держится на волоске. И вот Вайолет молча глотает слезы, ловит неслыханное прежде раздражение в голосе Мэтта.

— А помнишь, Вайолет, я тебя предупреждал? Я говорил: обязательно случится нечто подобное. Кстати, встреча, с которой меня выдернули, была не с кем-нибудь, а с ребятами из «ДримУоркс».

— Просто я ужас как устала.

— Устала? Интересно, от какого такого утомительного занятия? От тебя всего-то и требуется, что быть адекватной матерью.

— Это ты сейчас очень жестокую вещь сказал, – процедила Вайолет.

— А не жестоко было на звонки не отвечать? Я целый час практически не сомневался, что тебя в живых нет! А ты… ты просто спала!

— Ты извинился за меня перед Уоттом?

— Я-то извинился. А ты сама – ты передо мной извиниться не хочешь? И перед Джоной, кстати, тоже. Господи, ведь именно такой ситуации я всеми силами избегал – и вот пожалуйста. Впрочем, Джона – он уже вклинился, ничего не поделаешь. Бесполезно отрицать его наличие в нашей семье. Между прочим, он тебя выгораживал. Сочинил, будто ты застряла в пробке. Он нас обоих выручил, Вайолет.