Книга Неожиданный удар, страница 36 – Ханна Коуэн

Мы не смотрим друг на друга, но наши руки соприкасаются всю дорогу до машины.

* * *

Свисток раздается уже второй раз за минуту, останавливая матч. Судья удаляет игрока «Варриорс» за подножку противнику, отправляя его к сидящим на скамейке штрафников товарищам, и стадион взрывается недовольным гулом.

Наших уже на два человека меньше, а с учетом того, что в этой серии они не очень удачно играют, у «Вегас Краунс» хороший шанс забросить шайбу и сравнять счет. И в последние десять минут третьего периода воздух вибрирует от раздражения и гнева.

— Этот судья – чертов идиот, – шипит Скарлетт слева от меня. Она сильно хмурится, упираясь локтями в колени. – Трамбле – гребаный симулянт, это же видно.

Бэнкс согласно ворчит, а я делаю жадный глоток пива.

— Оба судьи всю игру потакают «Вегасу», – говорит Бриэль.

Я оглядываюсь через плечо. Она сидит почти так же, как Скарлетт. Бэнкс в соседнем кресле более расслаблен, он широко раздвинул ноги, задевая Бриэль.

— Тайлер сегодня просто псих, – заявляет он, и мы все согласно мычим.

Тайлер сегодня действительно просто псих. Но в этом ничего необычного. Именно поэтому он получает такие деньги и носит на своем свитере букву «А»^[10]. Мою грудь распирает от гордости.

— Посмотрим, сможет ли он удержать шайбу вне их зоны. Тогда я его похвалю, – бормочет Скарлетт.

Мои брови взмывают вверх:

— И это говорит королева фан-клуба Бейтмана?

Она одаривает меня суровым взглядом:

— Не драматизируй.

— Да ты полна сюрпризов, не так ли? – дразню я.

Скарлетт не отвечает, потому что судья снова свистит, назначая вбрасывание. Внезапно ее внимание сосредотачивается на игроках, стоящих друг против друга на центральной точке, тело напрягается, нога стучит по полу. Она нервно прикусывает пухлую нижнюю губу, наблюдая за действиями на площадке. Задержавшись на ней взглядом, я тяжело сглатываю, и кровь устремляется к члену.

Черт!

Мои глаза прожигают ее лицо, и когда она раздраженно поворачивается и сердито смотрит на меня, я все равно не могу отвести взгляд. Должно быть, выражение моего лица ее удивляет, потому что, не воспользовавшись возможностью огрызнуться за мое разглядывание, она закрывает рот и едва уловимо краснеет.

Расстояние между нами ощущается проблемой, и в груди становится тесно. Внезапная потребность схватить Скарлетт и посадить к себе на колени, чтобы чувствовать ее близость, выбивает меня из колеи.

С резким вдохом я встаю на дрожащих ногах и иду к бару в глубине ложи. Мне нужно что-то посильнее пива, чтобы продержаться до конца игры.

Я отдергиваю тяжелый красный занавес, отделяющий нашу ложу от приватной столовой, в которой мы ужинали пару часов назад, и выхожу наружу. В баре нет очереди, но меня это не удивляет. Идет последний период равной игры.

Молодой парень с зализанными назад светлыми волосами стоит спиной ко мне, глядя в экран на стене, который транслирует игру. Я вижу, как судья вскидывает руку, обозначая офсайд игрока «Варриорс». Уголок губ бармена ползет вверх.

— Болеешь за «Краунс»? – спрашиваю я, опираясь предплечьями на мраморную барную стойку и стукнув по ней костяшками пальцев. Парень резко разворачивается, подняв тонкие светлые брови. – Чистый виски, пожалуйста.

Он кивает и берет со стеклянной полки бутылку «Джека Дэниэлса».