Книга Следуя за любовью, страница 46 – Ханна Коуэн

Бананна: Ты этого хочешь?

Я: Думаю, да.

Бананна: Давай сначала созвонимся, а там посмотрим.

У меня внутри все переворачивается. Я вдруг перестаю замечать холод, потому что жар приливает изнутри.

Я: Только скажи когда.

Бананна: Я напишу. Мне пора, но позже еще поболтаем?

Весь прошлый месяц мы переписывались каждый день. Можно подумать, я хочу изменить этот порядок сейчас! Боюсь, теперь это даже невозможно. Я к ней привязался.

Я: Да, конечно. Пока, Бананна!

Она тут же пишет «пока» в ответ, тогда я убираю телефон в карман и выхожу на мороз.

* * *

С пачкой джерки^[3] в одной руке и бутылкой колы в другой я шагаю по торговому залу к кассам. Мокрые сапоги хлюпают по выложенному плиткой полу, и от этого звука у меня идут мурашки по спине. По крайней мере, отопление шпарит, отгоняя холод.

Уезжать с ранчо, чтобы купить себе обед, – неслыханное дело, учитывая, что бабушка всегда выражала свою любовь, пытаясь накормить голодные рты, но я уже некоторое время не ем ее стряпню.

Мне нравится, как она готовит, а вот сопутствующая еде компания – не очень. Полчаса в напряжении за столом напротив деда, который сверлит меня испепеляющим взглядом, – не так я себе представляю идеальный перерыв на обед. Поэтому я каждый день ездил купить что-нибудь, чтобы заморить червяка, а каждый вечер брал ужин с собой в мастерскую. Просто чудо, что меня еще не вызвали на разговор.

Сегодня открыта только одна касса, и я хлопаю глазами, увидев, кто выкладывает свои покупки на ленту. Я останавливаю себя, чтобы не запустить пальцы в волосы, когда на меня обрушивается призрачное воспоминание о том, как она сделала то же всего пару дней назад.

Я вообще должен был стричься не у нее, но не отказываться же было – так дело только затянулось бы. Я вовсе не хотел ее обидеть и жалел о своих словах с тех пор, как заметил, какая боль отразилась в ее глазах. Мое мнение о ней оказалось необоснованным, и она его не заслужила.

Остается надеяться, что мои извинения еще действуют.

Анна болтает с кассиром, непринужденно улыбаясь, и я почему-то чуть ли не ревную, глядя, как запросто она с ним беседует. Между нами никогда не было такой легкости. Я этого не допускал.

Кассир спрашивает, нужен ли ей пакет, она кивает, берет пакет, который он протягивает, и начинает складывать продукты. Покосившись на готовый салат и сэндвич, я соображаю, что она, наверное, тоже вышла на обед.

Я дохожу до кассы, но не спешу класть свои продукты на ленту. Анна стоит ко мне спиной и пока меня не замечает. Сегодня волосы у нее собраны на затылке, и длинный гладкий хвост покачивается вдоль спины. На ней снова та самая недостаточно теплая куртка. Из левого кармана торчат розовые перчатки, значит, она хотя бы не с голыми руками ходит по морозу. Но кончики ушей покраснели, значит, она без шапки.

Закончив укладывать продукты в пакет, она поворачивается, замечает меня и чуть не подпрыгивает, приоткрыв розоватые губы. Я смеюсь и машу ей пачкой джерки в знак приветствия.

— Я начинаю подозревать, что ты за мной следишь, – говорит Анна. По легкому изгибу губ ясно, что она шутит.

Я наконец выкладываю покупки и подхожу ближе. Она гораздо ниже меня, но, похоже, ей это не нравится, если судить по тому, как она вытягивается, чтобы выглядеть как можно выше.