Книга Следуя за любовью, страница 22 – Ханна Коуэн

— Жениха, Брайс! Своего жениха! – поправляет ее Поппи, столь же неприятно пораженная, как и ее лучшая подруга.

Брайс вонзает пальцы в мякоть круассана.

— Жениха! Такое предательство еще хуже. Как вышло, что ты уничтожила только кое-что из шмоток? Я бы его убила!

— Он любил свои тряпки больше, чем меня. По-видимому. Такая месть лучше смерти, – ворчу я.

Поппи кривит губы, окидывая взглядом сутолоку входящих и выходящих посетителей. Наш столик в углу, чуть в стороне от открытого пространства. В заведении невероятно уютная атмосфера: можно часами сидеть и работать или размышлять. Здорово, что здесь есть такое место. В Ванкувере миллион разных кафе и кофеен, но ни в одном я не чувствовала такого… умиротворения.

Я хмурюсь. Я достаточно хорошо себя знаю и понимаю, что сравниваю Черри-Пик с Ванкувером, чтобы в некотором роде оправдаться перед собой. Чтобы переезд не казался таким страшным. Только не мешает ли мне это обживаться здесь? Я не уверена, что когда-нибудь вернусь туда, так почему же я не могу выбросить это из головы? Единственный важный для меня человек в Ванкувере – мама. Достаточно ли этого для возвращения?

Ответ очевиден. Если бы мне не было нужно ничего другого, я бы никуда и не уезжала.

— Ты уже ходила на свидания? Знаешь, говорят, лучший способ позабыть о бывшем – найти другого и заняться безумным сексом, – сообщает Поппи.

— Никто так не говорит, – выпаливает Брайс, еле сдерживая смех.

А вот я не могу удержаться. И хохочу на всю пекарню, громко и от души. Я смеюсь так впервые за много месяцев. Эта мысль – как удар под дых. И смех постепенно затухает.

Брайс бросает тискать круассан, берет меня за руку и крепко сжимает ее.

— Нет. Что бы ты сейчас ни подумала, ответ – «нет».

— Изменщик недостоин такого хмурого вида. Как и любой другой мужчина, изменщик он или нет, – добавляет Поппи.

Брайс кивает.

— Это одна из причин, почему я ни с кем не встречалась после универа.

Я сочувственно вздыхаю.

— Я давно не была одна. До встречи со Стюартом я довольно часто ходила на свидания. Может, в этом-то и проблема.

— Что бы там ни думало общество, в частых свиданиях нет ничего плохого, если тебя все устраивает. Я имею в виду, устраивают не только сами свидания. А вообще все: свидания, собственная жизнь, ты сама. Конечно, прежде всего нужно любить себя, но мне кажется, быть одной – не единственный вариант выражать любовь к себе. Во всяком случае, полное одиночество не годится, – говорит Поппи, ласково глядя на меня.

Я вдруг понимаю, что, если эти девушки передумают со мной дружить, мне будет невероятно тяжело с ними расстаться. Один час на пилоне и посиделки в пекарне – и я уже готова объявить нас друзьями навек!

— Какая же ты мудрая, Попс! – вздыхает Брайс с затуманенным взором.

Хозяйка студии меряет ее пронзительным взглядом.

— Это сарказм?

— Нет, как ни странно. Это был дельный совет.

— Такой дельный, что ты к нему тоже прислушаешься? – спрашивает Поппи.

Я стараюсь не заострять внимание на этом замечании и крошу печенье, лежащее передо мной на коричневой салфетке. Оно и вправду очень вкусное, но после всех разговоров о Стюарте и о любви к себе в меня ничего не лезет.

Поппи накрывает ладонью руку Брайс, пристроенную поверх моей руки.

— Не развлечься ли нам в выходные, что скажете? Втроем? – спрашивает она.