Книга Следуя за любовью, страница 160 – Ханна Коуэн

— Ну как? – спрашивает Броуди, стоя рядом и похлопывая Скай по шее. – Если ты пока чувствуешь себя неустойчиво, это нормально. Скай не двинется с места, пока мы не будем готовы. Выпрямись и держи поводья, но не натягивай.

Броуди запрыгивает в седло гораздо изящнее, чем я. Я глазом не успеваю моргнуть, как он уже оказывается у меня за спиной, прижавшись ко мне грудью. Мы вместе держимся за поводья и пускаем лошадь спокойным и медленным шагом.

— Постарайся двигаться вместе с ней. Расслабь ноги и покачивайся, – ласково говорит Броуди мне в самое ухо.

— В теории это гораздо проще, – признаюсь я.

Он мычит в знак согласия.

— Чтобы научиться ездить верхом, нужна практика.

— Значит, мне повезло, что у меня отличный учитель.

— Ты опомниться не успеешь, как будешь ездить сама, – говорит он, направляя Скай к открытым воротам фермы и дальше на дорогу. – Как насчет побыстрее?

— Да, – выпаливаю я, несмотря на страх.

Броуди обхватывает меня рукой за талию, взявшись за петельку для ремня, и Скай набирает темп. Она ускоряется постепенно, но смена темпа заставляет изменить и положение в седле, и эти подскоки застают меня врасплох.

— Я не дам тебе упасть. Расслабь ноги и двигайся вместе с ней, – ласково подсказывает Броуди.

Трудно думать о чем-то, кроме его надежного тела у меня за спиной и заботливых объятий, но я стараюсь. Потихоньку начинаю расслабляться, поборов неприятные ощущения от постоянной тряски. Ритмичный топот копыт по снегу отдается у меня внутри, и я пытаюсь подчиниться этому ритму.

— Как тебе удавалось так долго быть с ней в разлуке? Это потрясающе, такая свобода! – говорю я, сама удивляясь, как мне понравились эти новые ощущения. Что-то будто встало на место, словно так и должно быть.

Броуди крепче обнимает меня, я чувствую его горячее дыхание у себя на затылке.

— Я был глупым упрямцем и слишком боялся признаться, что подавляю скорбь. Мама любила помогать лошадям, получившим травмы. Она всю жизнь занималась тем, что приручала диких и исцеляла покалеченных. Из-за этой страсти я и лишился ее.

— Что произошло? – спрашиваю я, повинуясь интуиции, которая подсказывает, что Броуди не побоится ответить. Теперь он готов об этом разговаривать. Я чувствую.

— Произошел дурацкий несчастный случай. Она любила ломать стереотипы и делать то, что все остальные считали невозможным. Тем вечером этот путь и увел ее верхом на одной из кобыл слишком далеко в восточную часть ранчо, где никто бы не стал их искать. Маму сбросила одна из необъезженных лошадей, с которыми она работала, и ее нашли только через несколько часов. Неудачное место, неудачное время, неудачная лошадь. Все вышло неудачно. Там было много камней, и, когда она упала…

Я выпускаю поводья из правой руки и беру его руку, которой Броуди держит меня за талию, сжимаю ее, надеясь, что он почувствует, какую поддержку я ему предлагаю.

— Тебе необязательно продолжать. Прости, Броуди. Мне очень, очень жаль.

— Спасибо! – Он сплетает свои пальцы с моими. – После этого я много лет не мог прикоснуться ни к одной лошади. Только к Скай, но и от этого становилось больно. Я их всех возненавидел за случившееся, это было несправедливо. Мне было проще переложить вину на них, чем винить мироздание за то, что у меня отняли мать.