Книга Шата, страница 55 – Ри Гува

Бесчисленное множество фальши, которую слуги передавали из уст в уста, пока она не доходила до комнаты, которую он ненавидел.

Потом он понял, что отговорки придумывать бессмысленно, и перестал сочинять их. Слуги честно и коротко сообщали, что он не придет, и выходили из комнаты прежде, чем могли столкнуться с последствиями. Как говорится, гонец всегда платит за новость, которую принес. Слуги это знали лучше, чем кто-либо другой.

Жена давно перестала интересоваться, почему он не приходит в ее спальню. Давно перестала ждать его. И гораздо раньше перестала желать видеть его, но какая-то часть ее помутившегося рассудка все же не могла жить в гармонии, пока день супруга не был испорчен. Его и всех, кто оказывался поблизости. В особенности если это были важные гости или послы из других земель.

Она не могла спокойно существовать, если его жизнь ничего не омрачало. Считала своим супружеским долгом донимать мужа и колоть его слишком уж безоблачное правление иглами хитрости, ревности и сумасшествия. Сама того не осознавая, она была счастлива, когда доставляла ему боль.

Он это знал. И сейчас стоял перед дубовой дверью самой ненавистной ему комнаты во дворце. Смотрел на бронзовое кольцо-ручку и на свои пальцы, невольно прикоснувшиеся к нему.

– Ваше величество… – начал было страж, охраняющий покои.

– Все нормально, Килан. Ты можешь идти.

– Да, ваше величество! – поклонился страж и с ощутимым облегчением покинул коридор королевы.

Король собирался с мыслями. Сейчас ему предстоит решить очередную головоломку. Правил этой игры ему никогда не узнать, а следовательно, и выиграть он не сможет, как бы ни старался.

Как же он ненавидел эту комнату.

Взглянув еще раз на кольцо, король тихонько отворил дверь и как бы невзначай прикрыл лицо рукой. На всякий случай. Шрам над бровью останется до конца жизни, и хотя он никак не беспокоил короля, сама история его появления… В тот раз она кинула в него громоздкую брошь из своей коллекции, как только он ступил за порог спальни. Потом, конечно, долго извинялась и божилась – мол, была уверена, что это воры пытались зайти в ее комнату, но никак не супруг, которого она сама до этого пригласила в свои покои.

– Голия? – негромко позвал король, войдя в полумрак спальни.

В нос тут же ударил отвратительный аромат эфирных масел. Она постоянно распыляла их по всей комнате. Как королева не задыхалась от этого смрада, он не знал. У нее даже глаза не увлажнялись, в то время как у короля и всех слуг слезы буквально текли ручьем.

– Голия? – еще раз произнес король и попытался хоть что-нибудь разглядеть в почти непроглядной тьме.

Он ненавидел письменный стол, привезенный из Эбиса. И резные стулья с шелковыми набивками. От некогда потрясающего ковра не осталось ни следа былой красоты: королева не раз прожигала его, выливала на него эфиры, отрезала кусочки по краям. Теперь это была просто тряпка на полу.

Кровать. Ее он ненавидел больше всего в этой проклятой всеми богами комнате. Красный шелковый балдахин и бесчисленные подушки, по мягкости с которыми ничто не могло сравниться.

На кровати ее точно не было. Когда она пряталась на ней, то обязательно опускала балдахин со всех сторон. Считала, что таким образом напускает зловещей таинственности.

За дверью ее тоже не было. Туда король заглянул первым делом – в прошлом уже бывали неприятные сюрпризы.