Книга Шата, страница 125 – Ри Гува

— Потому что ты неважно себя почувствовала…

— Именно! А раз я неважно себя чувствую, значит, слаба здоровьем и неспособна выносить и родить здоровых наследников.

Я строго посмотрела на Юю и сказала:

— Юнсу, ты перегибаешь палку.

— Вовсе нет.

— Я серьезно, это уже бред какой-то.

— Он именно так и подумает!

— То есть Гонник подумает, что раз ты не смогла посетить бал-маскарад, значит, не родишь ему сыновей?

Говоря это, я ощутила кислую горечь во рту. Сама мысль, что Юнсу будет вынашивать детей моего… нашего принца, почему-то была мне неприятна.

— Да!

— Все! С меня довольно! – Я поднялась, отряхнула серое платье и направилась к выходу.

— Бросаешь меня? – отчаянно пропищала Юнсу.

— Где только носит эту Киту? – прошипела я, открывая дверь.

— Стой! – вскрикнула Юю, и я повернулась обратно. Но не потому, что послушалась, а потому, что ее голос вдруг прозвучал слишком радостно. Я бы даже сказала, с азартом, который совершенно не присущ моей подруге.

— Что еще? – устало спросила я.

— Ты пойдешь!

— Чего?

Юнсу вскочила на ноги.

— Ты пойдешь вместо меня!

— Ни. За. Что. В жизни. Лучше смерть.

— Митра-а-а! – заныла девчонка, которая, вероятно, умом тронулась.

— Даже слышать не хочу.

— Ты должна спасти мою репутацию! Пойдешь вместо меня! Мы тебя нарядим и…

— Нет.

— Кита не подходит! Она гораздо выше меня, а мы с тобой почти одного роста!

— У меня волосы намного темнее, дуреха!

— На маскараде все носят парики. Пусть думают, что у меня каштановый парик.

— Да меня же сразу раскусят!

— Вовсе нет! На таких мероприятиях мало разговаривают, в основном танцуют.

— Я не умею танцевать.

— И не надо! Просто не соглашайся. От этого я буду казаться еще более загадочной, – мечтательно пропела Юнсу.

— Все равно нет.

— Прошу тебя!

— Нет, и не проси.

Стоя в церемониальном зале, полном знатных вельмож в костюмах и масках, я до сих пор не понимала, как позволила Юнсу уговорить себя. Это же очевидно ужасная затея.

На мне было ее лилово-синее платье. Настолько роскошное и дорогое, что я боялась шевелиться. Маска закрывала бо́льшую часть лица и головы. Гигантские перья, окрашенные в тон платья, торчали во все стороны, как у павлина. Увидев себя в зеркале, я сказала Юнсу, что она может спокойно пойти на бал сама, ведь, учитывая всю пестроту наряда, никто на лицо и не взглянет. Юнсу разрыдалась, отчего стало ясно, что мой план провалился.

Они с Китой вырядили меня, надушили цветочной водой, припудрили щечки и вытолкали за дверь. Юнсу приказала, чтобы при входе в главный зал я назвалась ее именем. Будто у меня был другой вариант, раз уж я напялила все это на себя.

Сначала было даже любопытно, потом стало страшно. Сейчас же, когда я уже много времени блуждала меж гостей – у некоторых костюмы были «завтра мы умрем, поэтому сегодня праздник», – то успела затосковать по родному чердаку. Ничего интересного не происходило. Наряженные ханжи лишь пили вино, перешептывались, косо поглядывая по сторонам, и обсуждали, у кого сколько золота и земли.

Меня пару раз пытались пригласить на танец, но я вежливо отказывалась, ссылаясь на то, что в прошлом танце подвернула ногу, или пообещала этот другому кавалеру, или мне нужно срочно удалиться, или найти свою дражайшую маменьку. Потом я уходила в другой конец зала и тщательно избегала попадаться на глаза одним и тем же людям. Слава богам, гостей здесь было так много, что я едва ли дважды столкнулась с кем-то за весь вечер.