Книга Джокеры, или Экспозиция: Родиться надо богиней. Месть богини. Буря приключений, страница 566 – Юлия Фирсанова

Мелиор еще успел заметить какую-то ржавчину на серебре, блеск черных камней, подумать, что вещица, которую держит герцог, ему что-то напоминает, и издать предупредительный, но неумолимо запоздавший вопль.

Потом все началось…

Струи фонтана взмыли к самому своду зала, «вода» встала на дыбы и закружилась в бешеном вихре, искрясь и переливаясь совершенно немыслимыми цветами (Кэлберт готов был поклясться своим первым кораблем, что в известном ему спектре таких отродясь не было). В воздухе начала концентрироваться сила такой безумной мощи, что боги замерли на месте, не в состоянии пошевелиться. Густой сироп энергии, заполнивший зал, поймал их, как варенье мух. Волосы, наэлектризовавшись, в прямом смысле встали дыбом. Тела богов пронзили острейшие иглы боли от энергии, бесконтрольно льющейся сквозь них в попытке заполнить пустоту.

В мозгах ошарашенного Мелиора что-то щелкнуло. Цепочка фактов привела к очевидному выводу.

Принц совсем обезумел от страха и зашипел через силу:

— Ты, малолетний кретин, только ты мог додуматься сунуть медальон с кровью трех родичей-богов Тьма Межуровнья знает куда!

Мелиор проклинал себя за то, что, потрясенный обрушившимися на его голову невзгодами, не обратил внимания, кто после приземления в пустыне сохранил медальон. До того момента, пока Элегор, не удосужившись спросить совета у имеющих мозги спутников, начал действовать, мужчина был уверен, что Элия, как единственная из них обладательница одежды с карманами, взяла вещицу себе.

Юноша промолчал, стиснув зубы, в кои-то веки не зная, что сказать. Каким бы дерзким нахалом и хамом ни был герцог, но в данный момент он чувствовал не только задницей, но и всем телом, что допустил какую-то ошибку и сейчас за нее будут расплачиваться все. Но муки совести, начавшие было с безжалостной радостью истосковавшихся по работе палачей терзать герцога, пустились наутек от нескольких слов принцессы. Ее голос был тих, как легчайшее дуновение ветерка, но в нем звучало ликование, и все боги услышали его.

— Не злись, Мелиор. Мальчик, конечно, никогда не думает, что творит. Не работал он своей головой и сейчас, но на сей раз разнообразия ради, кажется, сделал нечто единственно правильное. Малыш, я чувствую, как возвращается сила. Ты разбудил Источник этого мира – именно место его средоточия и являлось тем артефактом, который мы хотели найти. Мы спасены, если, конечно, не лопнем от переизбытка магической энергии.

Теперь, после слов Элии, все прислушались к своим ощущениям и сквозь боль, миллионами игл терзающую тела, почувствовали, как магия и былая мощь вливаются в сознание, как приходит, заполняя зияющую разверстой раной пустоту великое и такое привычное могущество богов.

— Мы что, действительно можем умереть? – встревоженно задал Мелиор единственный беспокоящий его вопрос.

— Не исключено, – ответила Элия, чувствовавшая себя немного лучше остальных, потому что большую часть изливавшейся на нее силы мгновенно пускала в дело, поворачивая вспять едва не ставший необратимым процесс изменения своей сути.

Эта сложная работа занимала лишь часть многоуровневого сознания богини, другая же его часть сводила воедино все факты и делала выводы, отвлекая спутников от волн боли, прокатывающихся через тела мощным океанским приливом.