Книга Джокеры, или Экспозиция: Родиться надо богиней. Месть богини. Буря приключений, страница 141 – Юлия Фирсанова

В ответ на предложение девушки поговорить с Нрэном Лейм внимательно посмотрел на нее, словно не веря своим ушам, поцеловал Элию в щеку и торжественно сказал:

— Спасибо.

Мальчик с боязливым благоговением относился к своему брату и считал, что даже находиться с ним рядом (не то что говорить) – большой подвиг. Честно говоря, Лейм действительно побаивался Нрэна. От воина часто, особенно сразу после возвращения из походов, исходила совершенно невыносимая для юного бога-эмпата аура беспощадной, железной неумолимости, сдобренной кровью и смертью. Так что как бы ни любил родича малыш, но выносил он его с трудом.

Элия тепло улыбнулась маленькому кузену и так же серьезно, как взрослому, сказала:

— Пожалуйста.

После этого важного разговора принцесса сдала Лейма на руки квохчущим нянькам, которые, приговаривая: «Золотко ты наше! Где ж ты был, ненаглядный? Сладенький мальчик! Пойдем, миленький, кушать пора. Сначала вымоем рученьки, глазоньки, носик, твои медовые щечки…», потащили его прочь.

Лицо мальчика перекосила гримаска отвращения. Проводив взглядом несчастного, смирившегося с предстоящими мучениями ребенка, Элия окончательно решила, что отдавать Лейма на заклание этим идиоткам по меньшей мере жестоко, и отправилась к Нрэну, намереваясь сделать то, что следовало сделать уже давно.

Массивная дверь отворилась совершенно бесшумно. Молчаливый, желтый, странно узкоглазый маленький человечек в оранжевом халате, перевязанном на талии черным пояском, мгновенно открыл девушке, кажется, даже раньше, чем раздался стук массивного стального кольца – головы леопарда – в дверь.

— Лорд Нрэн у себя? – властно осведомилась принцесса, даже не сомневаясь в своем праве получить ответ.

Слуга сложил ладошки на груди и низко поклонился, указав пальцем направо. Сочтя это за ответ «да» и думая над тем, есть ли у слуги Нрэна язык или вырезан за ненадобностью (кузен сам был молчалив и болтунов никогда не жаловал), Элия прошла в комнаты.

Нрэн находился в своей личной оружейной, мало уступающей по размерам замковой и превосходящей ее по качеству содержащихся экспонатов. Орудий убийств, собранных в огромной длинной комнате, с лихвой хватило бы на то, чтобы вооружить армию далеко не средних размеров. От разнообразных кинжалов, мечей, рапир, шпаг, стилетов, ножей, пик, копий, луков, дротиков и прочего, названия чему принцесса, несмотря на свою относительную образованность, даже не знала, рябило в глазах. Оно висело на стенах, стояло в специальных держателях-стойках, лежало на полках и столах, отблескивая в неумолимом свете пластин потолка. Вдоль одной из стен, внушая ужас и благоговение посвященным, получившим дозволение перешагнуть порог этого святого места, рядком стояли несколько великолепных комплектов парадных, со всеми регалиями, и боевых доспехов бога.

Сам Нрэн, босиком и без рубашки, в простых коричневых штанах, сидел на тонком соломенном коврике прямо на полу. Скрестив ноги, он сосредоточенно полировал масляной тряпочкой один из любимых мечей, один вид которых был способен довести до обморока даже не слишком чувствительную натуру. Рядом аккуратной горкой лежала остальная амуниция, ожидающая своей очереди. Умиротворенное спокойствие, разлитое по лицу воителя, ясно показывало, насколько ему по нраву это нехитрое занятие. Кажется, воитель даже что-то мурлыкал себе под нос, правда, принцесса не смогла разобрать, что именно.