Книга Целительница для дракона. Доказать невиновность, страница 52 – Мария Минц, Злата Уютная

Может, он одумался? Может, пришел извиниться и отпустить нас?

Я тут же кинулась к решетке.

— Господин Архилекарь! Наконец-то! Выпустите нас! Это же какое-то недоразумение! Все эти обвинения — полная чушь и глупость! Особенно то, что касается кражи зелий из аптеки этого, как его… Мольца! И уж тем более кражи рецепта!

И тут меня осенило! Я вспомнила слова Лиры!

О том, что Эликсир Серебряного Корня и другие сильнодействующие препараты просто так в аптеках не продаются, их поставляют только в лечебницы! Эта мысль вспыхнула в голове, как спасительный маяк!

— Да вы сами подумайте, господин Архилекарь! — воскликнула я, цепляясь за эту идею. — Как мы могли украсть или скопировать рецепт лекарства, которое даже не продается обычным посетителям? Его же поставляют только в лечебницы, по специальным контрактам! Мы бы просто физически не смогли получить к нему доступ, даже если бы очень захотели! Это же очевидно!

Морган слушал меня, и на его лице отразилось что-то похожее на… болезненную гримасу? Он поморщился, потер переносицу. А потом неожиданно произнес то, от чего я впала в ступор.

— Ты умная девушка, Зоряна, — сказал он тихо, и в его голосе не было привычной стали, скорее какая-то усталость. — И я допускаю, что ты действительно неплохо разбираешься в лекарствах. Возможно, даже лучше некоторых наших так называемых «магистров».

Я ошарашенно смотрела на него. Похвала? От Моргана? Да еще и такая? Срочно ущипните меня кто-нибудь!

Я не знала, что и думать. Может, он все-таки решил разобраться в ситуации?

— И не надо держать меня за идиота, — продолжил он, и в его голосе снова появились жесткие нотки. — Я и так понимаю, что с показаниями этого Мольца, скорее всего, не все так просто. По крайней мере, наши инквизиторы будут проверять их отдельно и очень тщательно. Но, — он сделал паузу, и его взгляд снова стал холодным и тяжелым, — слишком уж часто ты, Зоряна, в последнее время оказываешься в эпицентре подобных обвинений и скандалов. Не говоря уже о том, что мой главный запрет ты все-таки нарушила. А значит, это заключение ты более чем заслужила.

— Но это же не повод сажать нас в тюрьму! — возмутилась я. — Я всего лишь осмотрела пациентку! Пациентку, от которой отказались все ваши лекари! Ее же даже ни в одну лечебницу брать не хотели, хотя дело очень серьезное! Как я должна была поступить? Пройти мимо?

— Ты должна была выполнять мои приказы! — отрезал Морган. — В королевстве существуют правила и законы, Зоряна! И они едины для всех! Я не просто так ввел эти ограничения на лечебную практику! И делать ради тебя исключения я не намерен! Пока идет следствие по обвинениям, выдвинутым Мольцем, и по делу об отравлении Арнольфа, вы останетесь здесь. А если все подтвердится… — он сделал паузу, и его взгляд снова стал ледяным, — …то ваше положение еще больше ухудшится. И я вам не завидую.

Я смотрела на него, и во мне снова смешивались гнев, отчаяние и какое-то странное, почти болезненное недоумение. Он признает, что я разбираюсь в лекарствах, но при этом держит меня в тюрьме из-за нарушения какого-то дурацкого правила! Где логика?!

Я не знала, что еще сказать, что делать. Казалось, все аргументы исчерпаны.

В камере повисла тяжелая пауза. Казалось, разговор окончен, и сейчас Морган просто развернется и уйдет, оставив нас гнить в этой сырой камере. Но в этот момент в коридоре послышался какой-то шум, торопливые шаги, и в камеру буквально влетел запыхавшийся Асмодей Браун, тот самый лекарь, который помог с испытанием наших опытных образцов.