Книга Злодейка против попаданки, страница 168 – Екатерина Вострова

Лили смотрела на меня долго, оценивающе. Её взгляд скользил по моему лицу, будто она пыталась найти фальшь в моих эмоциях.

— Интересно, — протянула она наконец. — Очень интересно. И звучит убедительно. Почти.

— Почти? — я напрягся. Почему она не верила мне? — Что ты имеешь ввиду?

— Крис, — она произнесла моё имя с какой-то странной интонацией, — я наблюдала за тобой. За тем, как ты смотришь на Эвелин, когда думаешь, что никто не видит. За тем, как ты кидаешься помогать ей при любом удобном случае. — Она усмехнулась. — Ты ненавидишь её? Серьёзно? Мне-то не надо сказки рассказывать.

Я не ответил, ожидая продолжения, и она не разочаровала:

— В книге… — она осеклась, будто сказала лишнее, потом махнула рукой с деланным безразличием. — Неважно. Знаешь, Крис, поначалу я думала, что мы могли бы… поладить. — Она помолчала, разглядывая меня со смесью разочарования и брезгливости. — Я присматривалась к тебе, пыталась понять.

Она усмехнулась, но в этой усмешке не было веселья.

— Но последнее время, я все чаще стала замечать, как ты заискивающе на неё смотришь, как ты кидаешься помогать ей при любом удобном случае. Тебе похоже просто нравится быть слугой. — Её губы скривились. — Так что вы оба друг друга стоите. И я не собираюсь делиться с тобой информацией, которую ты потом побежишь сливать своей драгоценной хозяйке.

Желваки на скулах непроизвольно дёрнулись. Больше всего бесил её тон, эта ленивая снисходительность, с которой она цедила слова. Даже Эвелин, избалованная наследница Вейлов, никогда не разговаривала со мной так, будто я был чем-то настолько ничтожным, что не стоил даже нормальной злости. А эта девчонка на папочкиной стипендии вела себя так, словно родилась с короной на голове.

— Лили, я не понимаю, о чём ты говоришь…

— Не понимаешь? — она фыркнула. — Тогда объясню совсем просто. Я сделала свой выбор. И это не ты. Может, раньше я и рассматривала… варианты. Но теперь уже нет.

— Теперь ты сделала ставку на Люциана? — я не смог скрыть презрения в голосе.

— Да, — подтвердила она спокойно. — У него есть власть, деньги, влияние. И в отличие от тебя, он готов использовать информацию, которую я ему дала. А ты… — она окинула меня взглядом, — ты просто слуга, который не может определиться, кого ненавидит, а в кого влюблён.

Я позволил себе усмехнуться:

— Люциан, значит. Интересный выбор. — Я сделал паузу, будто вспоминая что-то. — Кстати, знаешь, где он был вчера вечером? Почти перед самым отбоем?

Лили нахмурилась:

— И какое это имеет значение для нашего разговора?

— Самое прямое, — я пожал плечами с нарочитой небрежностью. — Он заходил к Эвелин в комнату, пробыл там довольно долго. И, судя по тому, что я слышал, она ему снова подарила браслет. А уж как он её за подарок благодарил… ну, скажем так, разговоры прекратились, но уходить он не спешил. — я изобразил смущение, — И дальше подслушивать было уже неприлично.

Я увидел, как лицо Лили изменилось. Скулы заострились, а уголки губ дрогнули и поползли вниз.

— Откуда ты это знаешь? — в ее голосе прорезались визгливые нотки.

— Эвелин заставила меня забрать её бельё и отнести в прачечную, — я развёл руками с видом покорного слуги. — Я как раз выходил из женского корпуса, когда увидел Люциана. Он направлялся к её комнате. Ну, я и задержался немного у двери, прислонился к стене, сделал вид, что жду, мне не привыкать.