Книга Любимая книжница императора, страница 45 – Таша Тонева

— Лорд Лиес, — прогремел под сводами голос императора, заставляя содрогнуться даже самых стойких придворных. — Ты обвиняешься в государственной измене, клевете, подлоге и злоупотреблении доверием короны. Ты и твои сообщники… — его взгляд скользнул по бледнеющим лицам нескольких знатных лордов в толпе, — … годами разворовывали казну, устраняли неугодных и пытались манипулировать моим выбором императрицы. Тайная служба представила неопровержимые доказательства этих преступлений.

Он обвел взглядом зал, и по его едва заметному кивку стража начала бесшумно выводить из зала еще нескольких придворных, чьи имена, видимо, фигурировали в расследовании.

— Вы разоблачены. И предстанете перед императорским судом, — заключил он. — Увести!

Все произошло так стремительно и четко, что я даже моргнуть пару раз не успела. Когда последние предатели покинули зал, император медленно перевел взгляд на меня, и его черты смягчились.

— Выбор императрицы, — провозгласил он, и его голос вновь обрел торжественность, — завершен. Я его сделал. Вскоре состоится свадьба и коронация императрицы.

До меня донеслись громкие возмущенные шепотки со стороны кандидаток отбора. А затем из шеренги резко вышла одна из девушек. Леди Ильда, та самая, что разносила сплетни обо мне, с лицом, искаженным обидой и яростью.

— Как же так⁈ — ее голос, срывающийся от эмоций, прозвучал вызывающе громко. — Мы прошли столько испытаний! Рисковали, старались, чтобы доказать свою преданность и право быть здесь! А вы… вы выбираете ту, что не прошла ни одного! Она даже не участвовала в отборе! Это несправедливо!

Император повернулся к ней. В его взгляде не было гнева, лишь усталое презрение.

— Ты прошла испытания, созданные людьми, для людей, — спокойно ответил он. — Она прошла испытание, созданное для дракона. Корона моего рода признала ее. Я признал ее. Этого достаточно. А твое понимание правильности не имеет никакого значения, но я готов объяснить свой выбор.

Он ласково сжал мою ладонь своей, ободряя и давая новый приток сил, чтобы выдержать это испытание до конца. А потом снова обвел весь зал властным пылающим взглядом, остановив его на горделиво вздернувшей подбородок Ильде.

— Вы все демонстрировали мне свои родословные, словно лошади на продаже. А она доказала, что истинная ценность человека — в силе духа, который не сломить клеветой, — но от этой первой тихой хлесткой фразы она сжалась.

А дракон продолжил. Его голос набирал силу.

— Вы показывали свою магию, сотрясая стены. А она одной силой своего голоса усмиряла бурю внутри меня. Вы заучивали мудреные тексты, чтобы блеснуть перед советниками. А она одним выбором книги в библиотеке смогла показать мне всю глубину своего сердца. Вы творили милость на показ. А она, будучи одинокой и отвергнутой, не утратила доброты и не пошла на сделку с совестью. Вы сражались с прирученными зверями в лабиринте. А она каждую ночь входила в логово дракона, и ее тихое мужество было для меня дороже всех ваших победных криков. Вы клялись в верности, потому что так положено. А она служила мне, когда у нее были все причины возненавидеть. Она прошла все те же испытания, что и вы. Но в отличие от вас, делала это не напоказ, а по-настоящему. И потому мой выбор пал на нее.

Я из последних сил сдерживала счастливые слезы. Как же волнительно и радостно было слушать от него эти слова признания и поддержки. Он все замечал. Он выбрал меня.