Книга Тени Нового Орлеана. Сердце болот, страница 76 – Лера Виннер

Для любого юного вампира столь очевидный вызов был бы чреват, но Дэнни мог себе позволить и позволял. Даже не из уверенности в том, что его в любом случае прикроют, а потому что мог сам… Он многое мог сам.

На фоне всех встреченных в течение жизни нелюдей, — разумеется, весьма многочисленных, — Герда находила его самым интересным и неординарным, и то, что видела, она невольно примеряла на Роланда. Они были похожи даже в этом — не нуждаясь в том, чтобы ограничивать свою свободу привязанностью к Создателю, они оба пошли на это добровольно.

Проклятые человеческие привязанности…

Селина держалась тихо. Устроившись в углу дивана, она свернулась в комок, сцепив пальцы на обтянутом джинсами колене, хрупкая и задумчивая, и Герда случайно перехватила взгляд Дарлы, задержавшийся на ней.

Слушая Роланда, очень естественно расположившегося на ковре рядом с ее креслом, древний вампир, вероятно, думала о том же, о чем она сама позволила себе поразмыслить пару раз: сколько сюрпризов и какого качества эта девочка еще всем преподнесет?

Перерождение в грязи и мерзости от крови обезумевшего вампира — не лучшие исходные для того, чтобы двинуться дальше, и тем не менее, она справилась. Каким-то поразительным образом справилась сама, — по крайней мере о том, чтобы кто-то из старших сделал ей переливание, Герда ни от кого не слышала.

Сила, спящая в ней, была огромна, и при определенных обстоятельствах разрушительна, и теперь, когда от Роланда не нужно было закрываться и прятать собственные мысли, она позволила себе беспокоиться о Селине больше, чем о ком-либо. Чем бы ни была эта штука с болот, она не должна была коснуться Линс ни при каких обстоятельствах.

— Герда, — Дарла окликнула её негромко и без нажима, но она поняла, что, задумавшись, умудрилась что-то пропустить.

— Да? Прошу прощения, отвлеклась.

— Что ты скажешь? Есть мысли?

Смеяться над идиотским положением, в котором оказались они с Роландом, она могла сколько угодно, а вот спрашивала ее мнения всерьез, и от этого на долю секунды стало неловко.

За прошедшие полгода Герда успела ни одну сотню раз подумать о том, что не справляется с текущим положением дел. И с десяток раз потянуться к телефону, чтобы в конце концов положить его обратно, так и не послав вызов. Любое вмешательство извне не ударило бы по ее гордости, но разрушило бы волшебство, стало бы концом всего, что искрилось и пылало между ней и Роландом. Когда убийства прекратились, Герда была этому рада едва ли не больше, чем все остальные жители Нового Орлеана вместе взятые, потому что затишье оттягивало неизбежный финал.

— Не знаю. Я едва ли скажу что-то умное, — отвечая на вопрос Дарлы, она оттолкнулась от подоконника, на котором сидела, и прошлась по комнате. — Единственное, что приходит в голову: оно сильное и старое, но глупое.

— Вот как?

— Оно наехало на меня, — пожав плечами, она встретила насмешливо-понимающий взгляд Дарлы и кривовато улыбнулась в ответ. — Я случайно коснулась его, знакомясь с городом, потом пообщалась с его жертвами, и началось. Сначала попыталось затравить вампирами, потом запугать, после вообще полезло ко мне в голову. Я, конечно, редко пользуюсь маминой фамилией, но, как правило, существа определенного порядка это чувствуют.

— И не находится дураков пугать Мердока?