Книга Принц ночной крови, страница 3 – Молли Чан

Империи расцветают, империи увядают. Королевство Лан превратилось в подвластные нам земли, а прекрасный принц Есюэ стал нашим подопечным.

Наконец Сиван улыбнулся, и напряжение спало.

— У тебя зоркий глаз, – сказал он.

— Я много тренировался, – ответил Есюэ, и голос его был ледяным, как замерзшая земля вокруг. – Не всем дано быть избалованным наследником величайшей империи на континенте, которому нечего бояться и нечего желать.

Цайкунь, сын генерала первого ранга и личный стражник Сивана, поморщился. Его ладонь легла на рукоять меча, и он выжидающе посмотрел на принца, готовый сразить грубияна по первому приказу.

Тень улыбки отразилась на лицах, и я не стала исключением. Не каждый день увидишь, чтобы насмехались над драгоценным наследником престола; пускай это и глупо со стороны Есюэ, нельзя не впечатлиться его храбростью.

Сегодня на охоту собрались самые влиятельные потомки нашей империи, наряженные в дорогие шубы, обутые в кожаные сапоги и вооруженные луками, инкрустированными золотом, серебром и сверкающими самоцветами. Дети генералов, министров первого ранга, состоятельных торговцев, питающих казну и подкрепляющих бесконечные военные кампании по завоеванию все новых земель, все большей власти.

Во имя моего пророчества.

Что связывало всех этих наследников, не считая их статуса, богатства и данных с рождения привилегий?

Инстинкт безропотного поклонения Сивану, словно от этого зависела их жизнь.

Впрочем, отчасти так оно и было.

君要臣死臣不得不死. Если император желает смерти подданному, тот должен умереть.

Вне зависимости от статуса, фамилии, влияния отцов все мы были словно хрупкий фарфор, подвешенный на шелковой нити, и по одному желанию Сивана могли сорваться вниз и разлететься на тысячи осколков. Все, включая меня; хотя он никогда бы этого не признал, и никто из придворных в это не поверил бы.

Да, я почиталась будущей императрицей, но даже императрица обязана подчиняться воле правителя.

— Официально императорская охота начнется лишь завтра, – напомнила я, надеясь предотвратить беду. – Сегодня мы выехали для собственного развлечения и для того, чтобы осмотреться на местности, прежде чем вернуться за существенными трофеями.

Сиван раздраженно сжал челюсть, но почти сразу же расплылся в приятной улыбке, приличной юноше его положения.

— Пусть лучший стрелок сразит завтра бэйиньского тигра и насладится заслуженной славой.

Губы Есюэ дрогнули в подобии ухмылки, скорее глумливой, чем добродушной.

— Да будет так.

Мой взгляд упал на павшего оленя, еще не сбросившего весь свой покров юности, с небольшими рогами. Стрела пронзила его глаз, сохраняя нетронутой прекрасную шкуру. На белом снегу расцвели алые розы крови, и в них я видела недобрый знак, которому никто не придал значения.

Я заметила оленя раньше, чем Сиван и Есюэ, но не потянулась за стрелой. Отец непременно отчитал бы меня, поступи я иначе.

Девушкам не полагалось брать трофеи. Нам была отведена роль скромных и хрупких красавиц, а вся слава и почет полагались принцам вроде Сивана. По крайней мере, этому меня учили.

«Мои видения должны оставаться в секрете», – напомнила я себе в стотысячный раз.

Магии на нашем континенте не существовало уже много сотен лет, и если император узнает о моей способности заглядывать в будущее, непременно сочтет это признаком того, что пророчество сбывается и видения посланы мне, чтобы я могла обеспечить победу Сивана в военных кампаниях. Ведь в глазах императора я была лишь инструментом для амбиций его сына.