Книга История "не"скромной синьоры, страница 81 – Юлия Зимина

Лестр

В коридорах моего поместья всегда царила гулкая тишина, лишь изредка нарушаемая шагами слуг. Я направлялся в оружейную, чтобы проверить новые образцы стали, когда за поворотом услышал приглушённые голоса.

— …да, Тик, суп с клецками был хорош! — басил знакомый голос. — А хозяйка… святая женщина. Поймала нас, как котят, и вместо того, чтобы крик поднять, за стол усадила.

— Согласен, командир, — ответил второй голос, чуть тише. — Леди Эля добрая. И смелая. Не каждая решится двух незнакомых мужчин в дом пустить.

— Я с ней неплохо знаком, вообще-то, — хмыкнул Корн. — На протяжении целого месяца сопровождал её и детей до столицы…

Я замер, чувствуя, как кровь отливает от лица. Они говорили об Эле.

“Значит, она знает? Знает, что я приставил к ней стражей?”

Внутри всё похолодело. Сначала накатило жгучее смущение — скорее всего, я выглядел в её глазах не пойми кем. А следом поднялась волна недовольства. Мои лучшие люди! Элита гвардии! Попались, как мальчишки, ворующие яблоки!

Я резко шагнул вперёд, выходя из-за угла.

— Значит, суп с клецками? — ледяным тоном спросил я.

Корн и Тик подпрыгнули на месте. Тик попытался вжаться в стену, словно мечтал стать частью штукатурки, а Корн вытянулся в струнку, растерянно хлопая глазами.

— Милорд… — прохрипел он. — Мы… это…

— Вы были раскрыты, — констатировал я, подходя ближе. — Я приказал вам быть тенями. Невидимыми и неслышными. А вы обедаете с охраняемым объектом?

Корн замер, но взгляда не отвёл.

— Виноват, милорд. Случайность. Солнце бликануло на пряжке, мальчишка заметил. Госпожа Эля оказалась… очень наблюдательной.

— И что она сказала? — я сжал кулаки, готовясь услышать о её гневе или возмущении. — Потребовала убрать охрану? Оскорбилась?

Корн переминался с ноги на ногу и неожиданно тепло улыбнулся.

— Нет, милорд. Она… она удивилась. А когда поняла, что это ваши люди… Знаете, леди Эля даже повеселела. Она не сердится, наоборот, как показалось, благодарна.

Гнев, клокотавший во мне секунду назад, мгновенно испарился.

Она не сердится, а рада моей заботе.

— Вот как… — выдохнул я, чувствуя, как напряжение отпускает. — Что ж. Если госпожа Эля проявила милость, то и я не буду свирепствовать. Свободны. И впредь будьте осторожнее.

— Слушаюсь, милорд! — гаркнул Корн и, подхватив Тика под локоть, поспешил ретироваться, пока настроение хозяина снова не переменилось.

Оставшись один, я около часа мерил шагами свой кабинет.

Ситуация изменилась. Эля знает. Делать вид, что ничего не происходит, глупо. Убирать охрану я не собирался — Гроберт притих, вот только крысы умеют кусать исподтишка. Но и просто так сидеть в поместье, зная, что она в курсе моего вмешательства в её жизнь, было неправильно. Это выглядело глупо и... высокомерно.

— Нужно объясниться, — решил я вслух. — Посмотреть ей в глаза и спросить прямо, не против ли она, чтобы мои люди остались.

Не раздумывая, я вызвал экипаж.

Пока мы ехали по улицам столицы, я чувствовал себя так, словно впервые иду в бой. Нет, хуже. В бою я знал, что делать. А здесь…

Рубашка казалась тесной, воротник душил. В просторной кабине экипажа было невыносимо жарко. Сердце колотилось о рёбра, как молот по наковальне.

«Что я ей скажу? "Здравствуйте, леди Эля, а я тут решил поставить слежку за вашим домом"? Глупость какая!».