Книга ИльРиса. Обрести себя, страница 63 – Ольга Кобзева

— Ничего не будет, — буркнула, отчаянно покраснев. — Я уже взрослая и вполне самостоятельная, ни у кого спрашивать разрешения не должна.

— Ну это, допустим, я уже слыхал, — потер бороду Никос. — Про то, что взрослая, сама разберешься и не лезь, дядька Никос, а только потом что было? Из храма ноги еле-еле кто унес?

— Это другое! — рассердилась я. — Разные вещи.

Вскочила с места, намереваясь уже уйти.

— Ты на меня, дочка не обижайся, а лучше старого Никоса слушай, — донеслось в спину. — Я жизнь-то прожил и плохого не посоветую.

— Пойду, дядька Никос, — сдерживаясь, обернулась и сказала вполне спокойно. — К Фирелу зайду монеты отдам.

— Ступай, ступай.

Налог я отдала, запись проконтролировала. Кроме меня, Фирелу еще трое арисов нажитое непосильным трудом отдавали. Во взглядах деревенских читалась вселенская скорбь и тоска. Оно и понятно. Весь год собирать монетки в позвякивающий мешочек, чтобы потом отнести и все отдать. Но и необходимость сбора налогов для меня тоже очевидна. Тем более, что десять процентов — не такой уж большой налог, если задуматься. Правда, деревенские еще на земле отрабатывают, но даже так, все равно не слишком обременительно выходит. Вот только система сбора налогов раз в год кажется мне неверной. И каким образом Фирел контролирует правильность отчислений? Но все это не мое дело. Староста на то и староста, чтобы все знать, во все вникать, всем в деревне ведать.

Монетки отдала и с чистым сердцем пошла домой, стараясь не обращать внимания на пристроившегося следом лиара. Взгляды, которые то и дело ловила на себе можно назвать скорее неприязненными. Этим мужчинам не нравится работа, которую они вынуждены делать, ну так и мне не доставляет удовольствия их постоянное сопровождение. Успела отойти всего на десяток метров, как увидела на другом конце улицы Дизару. Женщина как раз затворяла за собой калитку, выходя со двора Марси с Зинарой. Ариса меня тоже заметила и поспешила в мою сторону.

— Светлого дня, тетушка Дизара, — улыбнулась я. Насчет вчерашнего с ней шутить не стала, очень уж хмурой выглядела ариса. — Случилось что-то? Какая-то ты невеселая.

— Случилось, дочка, ох и случилось! — воскликнула Дизара, качая головой.

— Пошли ко мне, — посерьезнела я. — Отвар у меня есть успокаивающий. Из Житеца привезла, ароматный, пряный, ты такого не пила никогда, уверена.

— Пошли, дочка, что уж там. Выпьем твой успокаивающий отвар, да побалакаем. Выплеснуть мне надобно, что узнала.

Пока шли, Дизара молчала, хмурилась, заставляя меня нервничать. Что могло случиться, что обычно вспыльчивая ариса в себе держит? По дороге с расспросами не лезла, позволяя женщине обдумать то, что ее так встревожило. Дом встретил привычным гулом множества слязнов, но они были за надежной сетью из циани, близко к дому не подлетали. А вот дом стражей защищен не был, — отметила с мстительным удовлетворением. Лиары отмахивались от опасных насекомых, многие ходили со следами укусов. Но, к счастью, никто из стражей не попытался слязнов извести. Догадывались, видимо, что это им ну уж точно с рук не сойдет.

У дома на солнышке грелась довольная агрия, морда кровью измазана, видимо, охота удалась. Гриса уже не ходит за мной по пятам, часто в лесу пропадает, но все равно ночевать в мою спальню забирается. Сейчас, в самую жару, такая грелка не радует, но и прогонять ее не собираюсь. Под мерное мурчание засыпается легко и быстро, никакие думы не одолевают, сны тяжелые мимо проходят.