Онлайн книга «Путешествие в Древний Китай»
|
Так и провела Бай Ниу частично второй, а затем и третий триместр своей незапланированной беременности: то размышляла о концах и началах, то гуляла по маленькому саду, писала путевые заметки, переводила с арабского книги, осмысливала прожитые на чужбине годы, строила планы на будущее и ничего не делала сверх того. После отъезда Ма Тао только милая, скромная, работящая Сяо Лин, купленная на рабском рынке сирота, разделяла ее повседневность и быт. Драгоценности махараджи были весьма щедро оценены местным ювелиром: пары внушительных ожерелий хватило и на годовую аренду дома, и на лошадей, и на обстановку… А еще остались серьги, кольца, жемчуг, несколько приличных, с вишню, изумрудов и рубинов, и пяток золотых слитков на дне сундука. В общем, Ниу, в конце концов, перестала злиться за одноразовый секс (ха-ха) и выкинула из головы неоднозначные воспоминания о красавце-индусе. * * * А вот махараджа Пуринам ее не забыл, долго искал по городу, опрашивал в порту, даже пытался нагнать, пока отец не вызвал его к себе и не остудил пыл великовозрастного дитяти суровым выговором: — Зачем тебе эта чужеземка? Сбежала — значит, строптивая! Уймись, найдешь другую, уж баб на твой век и на — родитель выразительно кивнул на низ живота сына — остальное хватит. Делом займись, это мое последнее слово. Пришлось подчиниться — старейшина, судя по тону, недоволен, а нрав отца наследнику княжества был хорошо известен. «Действительно, чего я завелся? Умерла так умерла!» — поставил точку в поисках случайной любовницы молодой господин четвертой части Бенгалии и отбыл с дружеским визитом в соседний Ансонгпрадеш, славящийся изящными танцовщицами и опытными жрицами храмов любви. * * * Рожала Ниу одна (в смысле, без родни), помогала в процессе служанка Сяо Лин и местная повитуха, которую попаданка заставила хорошенько помыться и переодеться, прежде чем подойти к ней. Акушерка было оскорбилась таким отношением, но пара золотых примирила ее с требованиями надменной чужачки. Пара «дракона и феникса» появилась на свет в день влюбленных Цисицзе (ЦиСи, «праздник седьмой ночи», «сорочий праздник», отмечаемый в 7й день 7го лунного месяца), в чем Ниу усмотрела иронию судьбы: кака така любофф?! Близняшки были маленькие, спокойные и самые красивые, по мнению не только матери, но и обеих женщин, принимавших роды. Бай Ниу назвала их Цзиньлун (золотой дракон) и Цзиньхуа (золотой цветок). Молока у Ниу было достаточно для обоих (брать кормилицу, по совету повитухи, она отказалась), дети хорошо прибавляли в весе и росте, сама молодая мать быстро восстанавливалась благодаря тренировкам и хорошему питанию. Все было нормально, кроме отсутствия вестей от Ма Тао. Ниу теперь старалась думать только о хорошем (по слухам, в стране не происходило ни войн, ни потрясений), не переживать и просто надеяться на лучшее. * * * Свой двадцать шестой день рождения здесь и сорок пятый (фактически) — в прошлом исчислении — Бай Ниу отмечала с детьми и верной Сяо Лин. Она бы и забыла вовсе про него, если бы не служанка, которая купила сладости, фрукты и приготовила острую курицу по рецепту Ниу, потому что местные блюда госпоже не нравились — слишком сладкие. Зато на столе было много овощных салатов и морепродуктов — этим Фуджоу отличался от Шаосина. «Ребёнки» отвалились спать сразу после кормежки, и Ниу, сидя в тени дерева, наслаждалась тишиной и покоем. |