Книга Свадьба века: Фальшивая жена драконьего генерала, страница 41 – Ника Калиновская

— Когда мы с тобой были во дворце.

Мой собеседник продолжал спокойно смотреть на меня, слишком спокойно, а я изо всех сил делала вид, что сосредоточена на еде, хотя каждый нерв вопил, что этот ужин, как и всё в этом браке, совсем не так прост, как кажется.

Еда закончилась так же внезапно, как и весь этот вечер — будто кто-то резко поставил музыку на паузу. Последний кусок мяса исчез с моей тарелки, вилка легла на блюдо, и за столом воцарилась тишина, в которой каждый шорох казался громче обычного. Я пыталась удержать на лице спокойную минун, но где-то в животе всё ещё жгла дрожь от слов, брошенных во время этой короткой беседы.

Кайл молча встал, подхватив поднос с пустыми тарелками — при этом его движения казались отточены и почти ритуально выверены — и направился к двери. Я уже собиралась облегчённо выдохнуть, согнав с лица странное напряжение, как вдруг он остановился, задержавшись в проёме, повернулся ко мне и заговорил тихо, но так, что каждое слово попало прямо в цель.

— Я правда хотел бы тебе доверять... — голос не дрогнул, он звучал ровно, без упрёков и без жалости. — Мне нужна союзница, а не шпион в доме, так что подумай над этим хорошенько.

Драконище не стал уточнять, не стал разжёвывать смысл или давать советы — просто произнёс и ушёл. Дверь закрылась без шума, и за ней исчез тот ровный шаг, который я уже успела узнать как часть его присутствия в доме.

А я осталась стоять, держа в руках смятую салфетку, и в комнате будто опустился плотный, липкий воздух. Сердце стучало слишком громко, а в ушах звенело от внезапной пустоты. Слова Кайла ходили у меня в голове кругами, отбрасывая тени на каждую мысль: «союзница», «шпион» — какие они тянут за собой смысловые ниточки, какие обвинения прячут между строк?

Несколько секунд прошли, прежде чем я осознанно взяла себя в руки. Я опустилась на край кровати и посмотрела на свои руки, обнаружив, что они слегка дрожат. Внутри всё ворочалось — обида, облегчение от того, что он прямо сказал, и, откуда ни возьмись, гордость. Горечь от того, что доверие надо заслужить словами, и азарт — потому что теперь это испытание, а я никогда не любила проигрывать.

Я закрыла глаза и медленно вдохнула. Мыслей было слишком много, и ни одна из них не давала простого ответа. Но одно стало ясно: отныне игра стала явной, и делать вид, что это простой разговор за ужином, больше не удастся.

Кайл Вилтроу

Я видел, как она занервничала — мелкая дрожь в пальцах, взгляд, который на мгновение потускнел. И всё же, когда моя жена ответила, в голосе прозвучала правда, и я поверил. Дракон внутри меня фыркнул одобрительно, будто подтверждая: всё в порядке, ты не промахнулся. В ту секунду сомнения, что терзали меня весь день, отступили как-то сами по себе. Я выдохнул, чувствуя, как напряжение в груди растворяется, оставляя странное, почти забытое тепло.

Но слова, что сорвались с губ, не были заранее продуманы. Может, их вытолкнула усталость от дворцовых тайн и недомолвок, а может, где-то в глубине души я и действительно искал в девушке соратницу.

— Я правда хотел бы тебе доверять… Но мне нужна союзница, а не шпион в доме, — слова сорвались ровно и серьёзно, и сразу же, как только они вылетели, я почувствовал, что ударился в пустоту.

Слова повисли в воздухе, тяжёлые, как предрассветный туман. Я почувствовал, как они ударились в пустоту между нами, превратившись в испытание — не для неё, а для меня. Неужели я только что приоткрыл ту уязвимость, которую так тщательно прятал за бронёй драконьего спокойствия? Страх — не от её ответа, а от собственной прямоты — холодной волной прокатился по спине. Доверие, оказывается, можно предложить так же легко, как сбросить доспехи, но вот принять последствия… Я испугался, что Аннет, с её умением мягко обходить мои острые края, увидит больше, чем я готов показать.