Книга Таможня бабы Яги, страница 14 – Елена Яр

Пока я раздумывала, не слишком ли он чувствителен для добра молодца, Елисей сказал:

— А ну вернись в своё обличье, карга!

— Знаешь, что!.. — взвивалась я, задирая подбородок и хмуря брови. — Будешь хамить, пойдёшь лесом. Другую Бабу Ягу искать. А заодно и возлюбленную себе сразу новую можешь приглядывать. Пока время зря тратишь, первая окочурится!

Он скрипнул зубами, но взял себя в руки.

— Твоя правда, — сказал он наконец. — Виноват. Не следовало со своими правилами в чужой дом идти. Но буду премного благодарен, если ты… вот это уберёшь. — Он махнул рукой, неловко показывая на главные достоинства моего образа. — Не хочу забывать, кто передо мной.

Не слишком эти слова были похожи на извинения, но я их приняла. Кивнула и обратно в свой облик перекинулась. Елисей снова внимательно глянул и с подозрением спросил:

— Этот настоящий?

Мне показалось забавным, что так же совсем недавно Ивашка спросил. Но ни мальчишка, ни мужчина правды не заслужили.

— Этот удобный, — отрезала я.

Елисей кивнул, принимая ответ, и, к моему удивлению, подхватил корзину и понёс к дому. Надо же, какой благородный. Я пошагала следом, разглядывая широкую спину и лохматый затылок. Вспомнилось, что раз вернулся мужчина, значит, решил принять мое предложение. А значит… Значит, согласен со мной целоваться.

Эта мысль кинула жар в щёки — хорошо, он спиной видел плохо, значит, я ничем не рисковала. Но самой мне подобная впечатлительность показалась очень подозрительной. Ещё не хватало краснеть и заикаться, словно девице на пороге брачной спальни. Тем более что не удовольствия ради это всё затевается. А исключительно с целью приобретения кое-чего нужного.

Перед входом в дом Елисей остановился и обернулся, ожидая разрешения войти внутрь. Я кивнула, и он открыл дверь.

— Какого чер?!. — в сердцах раздражённо начал Шнырь, ожидавший увидеть меня, но споткнулся на полуслове и вспорхнул под потолок, усевшись на балку.

— Она разговаривает? — ошарашенно спросил Елисей.

— Ну да, — мрачно ответила я, прикрывая за нами дверь. — Разговаривает. Пока я ему башку не свернула, массу способностей горазд демонстрировать.

Шнырь сконфуженно дёрнулся, чувствуя за собой вину. Но надолго этого наглеца обычно не хватало, поэтому я не слишком поверила в его раскаяние.

Мужчина поставил корзину с дровами к печи и посмотрел на меня.

Я сняла тулуп и села за стол, жестом приглашая Елисея присоединяться. Потчевать его я не стала — слишком много чести, и так утром в логове Бабы Яги уже один пришлый столовался. Да, скорее всего, и не станет мужичина у меня ничего есть и пить — побоится быть отравленным или одурманенным.

Он не стал раздеваться и меч со своего бока не снял — тот брякнул о лавку, когда мужчина садился напротив меня. Я пронаблюдала, как он сложил руки перед собой — те не дрожали. Это хорошо.

— Раз ты здесь, полагаю, что сделка в силе, и ты выяснил, кто твою суженую украл, — начала я. — Ну, и какого цвета стала вода в чаше?

— Синей.

Я нахмурилась.

— Водяной. Хм, неожиданно, — особенно, если вспомнить, что и Ивашкину мать он же к рукам прибрал. Задумавшись, я пробурчала тихонько под нос: — Что он там, гарем собирает, что ли?

— Что? — не понял Елисей.

— Это я так… размышляю…

Это было и правда странно, не припомню за хозяином вод такой любвеобильности. С другой стороны, это было даже немного удобно: я беспокоилась, как там Ивашка, а этого сильного и умного можно было напрямую направить по стопам мальчишки. Если что, он пареньку поможет, вон какой защитник дев да младенцев.