Книга Первое дело фрау-попаданки, страница 57 – Валентин Денисов

Но что это такое? Неужели влечение? Похоть? Желание?

Нет! Это ощущение, это чувство, оно намного выше, чище, красивее. Но… не может же оно оказаться любовью…

Возвращаюсь обратно за стол и буквально падаю на стул. У меня больше нет сил терпеть это мучение. Тифани права! Она права в том, что меня тянет к ней. И я ничего не могу с этим поделать.

Быть может, я просто болен и мне нужно лечиться?

— Можно войти? — женский голос за спиной заставляет меня отвлечься от мыслей. — Я вам не сильно помешаю?

— Нисколько, — поворачиваюсь к гостье и приветливо киваю ей. — Разве может хозяйка дома, приютившая меня в столь трудное время, чем-то мне помешать?

— Психологи — люди мысли, — Элеонора грациозно проходит в помещение и останавливается рядом со мной. — Вы живете в собственной голове, пытаясь разобраться в других. Хотя на самом деле в первую очередь стремитесь разобраться в самих себе.

Женщина говорит медленно, уверенно, властно. Несмотря на свой возраст, она выглядит просто потрясающе. И заметно, что ей об этом известно.

— Разве одно другому мешает? — улыбаюсь я, хотя ее слова и не нравятся мне.

— Отнюдь, — улыбается она в ответ. — Только человек, разобравшийся со своими тараканами, способен помочь другому приручить своих. Вот только… разобрались ли вы со своими личными проблемами, господин Гринг?

— Я работаю с собой в той же степени, как и со своими пациентами, — отвечаю уверенно. — И даже когда мне будет казаться, что я понял себя, я не стану останавливаться. Ведь конец самопознанию равносилен концу саморазвития.

— Похвально, — кивает Элеонора. — И тем не менее, вы пытаетесь помочь Тифани, хотя сами не до конца понимаете ее проблему…

— Тифани уникальна! Она не такая, как все. Когда я с ней общаюсь, мне кажется, будто передо мной не молодая девушка, а взрослый человек, способный мыслить настолько здраво, что за плечами виден немалый жизненный опыт, — произношу чуть более эмоционально, чем должен. Но мое восхищение девушкой весьма сложно скрыть.

— Именно этим она и привлекла вас, доктор Гринг? — делает свои выводы хозяйка дома.

— Я не имею право увлекаться своими клиентами, фрау Фадринг, — возражаю, но вновь мои эмоции меня предают.

— И тем не менее вы увлеклись ею, — качает она головой. — Но в этом нет ничего постыдного или противоестественного, доктор Гринг. Тифани больше не ваша пациентка. Вам больше не требуется лечить ее. Впрочем, ей и вовсе никогда прежде не требовалась помощь.

— Но я же вижу в ней растерянность. Вижу сомнения, грусть, тревогу…

— И вы прекрасно знаете, какое лекарство способно помочь их исцелить. Ведь вам оно тоже необходимо.

Элеонора проходит дальше и останавливается у окна. Она смотрит в него, но ее явно интересует не вид. Все это необходимо лишь для того, чтобы дать мне время осознать ее слова.

— Вы хотите сказать, что мы оба страдаем от одиночества? — прекрасно понимаю, о чем она говорит.

— Я хочу сказать, что Тифани нужен кто-то рядом. Но этот кто-то должен быть смелым и сильным. Способны ли вы оказаться таким, доктор Гринг?

— Тифани замужем, и ее муж — влиятельный человек…

— Ее муж хотел убить ее. Стоит ли расценивать его как настоящего мужчину? — фыркает женщина и поворачивается ко мне. — Я повторяю свой вопрос: готовы ли вы стать для Тифани надежной опорой? Способны ли вы помочь ей, если это от вас потребуется?