Книга Хозяйка жемчужной реки, страница 41 – Ольга Иконникова

— Не забоитесь ли, барыня? — хитровато прищурился он. — А ну-как перевернемся?

— Ничего, я плавать умею.

Он покачал головой. То ли удивился тому, что я умела плавать. То ли просто мне не поверил.

Но на самом деле на плот я ступила с большим волнением. Он казался слишком ненадежным. Да и плыть мы собирались не по теплому морю, а по холодной северной реке. И случайно искупаться тут я совсем не хотела.

Пока мы плыли к речным порогам, Коковин рассказывал всякие байки. Наверно, заметил мой страх и пытался меня отвлечь.

— Вот еще случай один расскажу — я однажды на ручей раковин наносил — там тоже семга бывает. Потом гляжу — выпотрошил кто-то мои раковины — да так аккуратненько, что и мяса в них не осталось. Обидно стало до слёз — кто же это, думаю, у нас в Варзуге настолько совести не имеет, что способен труд человеческий так порушить? Решил недруга вычислить — снова раковин притащил, сел в кустах да караулить стал. А устал за день, не заметил, как и заснул. Просыпаюсь, смотрю — выдра на берегу сидит и мои раковины вычищает.

Засмеялся он — негромко, с хрипом. Но когда к нужному месту прибыли, сразу посерьезнел. Он бросил в воду якорь и усмехнулся:

— Ну, что же, учитесь, барыня!

Он вставил деревянную трубу в отверстие в плоту, сам на плот лег и в трубу смотреть стал.

— У меня, ваше сиятельство, уже зрение не то, а вы-то, поди, больше разглядите. Нырнуть, конечно, можно, но это кто молодой еще, а вот я на такое уже неспособен.

Назвался груздем, так полезай в кузов. Я тоже легла на бревна. Коковин отодвинулся в сторону, давая возможность посмотреть в трубу мне.

— Ну, что, увидели чего?

Сначала я не увидела почти ничего. Вернее, увидела дно, но среди ила да камушков никаких раковин разглядеть не сумела. Уже хотела сказать, что нет их тут. Но присмотрелась повнимательнее и ахнула.

Да вот же они, раковины-то — стоят, упираясь утолщенной частью в песок — старые, замшелые, цвета камней-голышей. Узкая, слегка приоткрытая часть направлена к солнцу.

Но вот с багинетом провозилась я не меньше получаса. Это только на словах казалось, что всё легко и просто. А на практике у меня никак не получалось попасть концом копья между створками раковины. Плот ведь не стоял неподвижно, он от каждого моего движения хоть чуточку, но шевелился. Да и рука у меня дрожала.

Но Коковин меня не торопил, не нервничал, даже не спрашивал ничего. И когда, наконец, у меня получилось, сдержанно похвалил.

Я подняла раковину на поверхность, ощущая небывалый азарт. Наверно что-то сродни этому испытывали золотоискатели.

Потом дело пошло ловчее, и за следующие полчаса я добыла еще две штуки.

— Ишь ты, какие лохматые, — заулыбался Коковин.

А у меня руки тряслись — и от волнения, и от напряжения. Всё-таки багинет был не для женских рук.

Вскрыли первую раковину — не было там жемчужины. Я едва не расплакалась от досады, а Ефим Ильич успокаивать принялся:

— Что же вы, барыня, думали — так всё легко? Мы вот с тобой раковину вскрыли, не пожалели, а можно по-другому поступить — разложить их на мелком месте, где солнце есть, жемчужницы свои створки и приоткроют. Ну, а тогда уж палочку какую деревянную между ними вставляй да пальцами тихонько жемчужину и доставай. А раковину потом обратно в реку можно спустить.