Книга (не) Случайная для дракона, страница 2 – Алиса Меру

— Воды, — бросил он. Одно слово. Женщина испарилась.

Он снова повернулся ко мне. Скрестил руки.

— Что с тобой происходит?

— Хотела бы знать, — призналась я.

— Ты потеряла сознание.

— Вижу что очнулась. — Я попробовала сесть полностью. Голова поплыла, но удержалась. — Как долго?

— Достаточно долго чтобы я успел сюда дойти и подумать о том что скажу.

— И что вы хотели сказать?

Он смотрел на меня несколько секунд.

— Я хотел сказать, — начал он медленно, — что это конец. Что после того что ты сделала с Лирой — я не намерен больше терпеть. Что я найду способ расторгнуть этот брак даже если придётся идти к королю лично.

Брак, — отметила я. — Значит муж. Это муж.

— Понятно, — сказала я.

— Тебе понятно. — В его голосе было что-то нехорошее. — Тебе понятно. Два года, Эвелин. Два года ты делала всё что хотела, и я молчал, потому что у меня не было выбора. Но это — это уже не просто твои капризы. Это человек который мне дорог.

Служанка вернулась — почти бегом, я услышала торопливые шаги. Поставила металлический кубок на край кровати. Я взяла, выпила половину не останавливаясь.

Стало чуть лучше.

— Как вас зовут? — спросила я.

Тишина.

Он смотрел на меня. Я смотрела на него. Где-то в комнате тикали часы.

— Как меня зовут, — повторил он. Медленно. Как человек который проверяет правильно ли он понял.

— Да. — Я поставила кубок. — Вы знаете моё имя. Я пока не знаю ваше.

— Пока не знаешь.

— Именно.

Что-то прошло по его лицу — быстро, почти неуловимо. Что-то тёмное и сложное. Потом он сказал — очень ровно, слишком ровно для человека который только что был в ярости:

— Каэль. Герцог Каэль. Твой муж. На случай если ты забыла и это тоже.

— Каэль, — повторила я. Примерила. Странное имя. Короткое. — Хорошо.

— Хорошо, — эхом произнёс он. — Хорошо.

Он смотрел на меня так, будто пытался найти в моём лице что-то знакомое и не мог. Злость никуда не делась — она была всё ещё там, за каждым его словом, за каждым движением. Но добавилось что-то ещё. Что-то похожее на растерянность, хотя я подозревала что он бы это категорически опроверг.

— Что случилось с Лирой? — спросила я.

Его глаза вспыхнули. Буквально — на долю секунды в них мелькнуло что-то янтарное, горячее, как угли перед тем как разгореться. Я заметила и ничего не сказала. Пока.

— Ты прекрасно знаешь что случилось с Лирой.

— Допустим что нет.

— Эвелин. — Он произнёс это имя как удар. — Не притворяйся что не помнишь. Это не смешно и это не поможет тебе выйти из положения.

— Я не притворяюсь, — сказала я. — И я не пытаюсь выйти из положения. Я спрашиваю потому что не знаю.

— Ты не знаешь.

— Нет.

— Ты не знаешь что натворила.

— Нет. — Пауза. — Что натворила?

Он смотрел на меня долго. Я выдержала взгляд. Восемь лет скорой помощи — ты учишься смотреть на людей в самых разных состояниях и не отводить глаза. Это навык. Полезный.

— Лира сказала что ты напала на неё, — произнёс он наконец. Тихо, но за тишиной было столько всего что мне стало не по себе. — Физически. Оставила следы. Она едва могла встать.

Я обдумала это.

— И вы ей верите.

— Я видел следы.

— Это не ответ на мой вопрос.

Снова эта пауза. Снова это выражение — растерянность под злостью, которую он явно не собирался признавать.

— Она не стала бы врать, — сказал он.

— Понятно, — сказала я. И добавила, потому что не смогла не добавить: — У кого следы?