Книга (не) Случайная для дракона, страница 7 – Алиса Меру

Но. Я не знаю этот мир. Может я что-то упускаю. Пока — просто держу в голове.

Хотя два факта которые не складываются — это уже кое-что.

— Спасибо, Мира. Завтрак во сколько?

Она моргнула — явно не ожидала смены темы.

— В восемь, миледи. Но вы обычно...

— Завтра я приду в восемь.

Мира смотрела на меня с выражением человека которому только что сообщили что завтра будет три солнца.

Пусть привыкает.

Завтрак.

Каэль уже сидел — документы, прямая спина, лицо закрытое как ставни. Поднял глаза когда я вошла. Что-то в них мелькнуло — быстро убрал.

Не ожидал. Хорошо. Пусть не ожидает — это пока единственное моё преимущество.

Я прошла к столу и села напротив. Не на дальний конец, не рядом — напротив. Прямо. Взяла хлеб.

За спиной Каэля слуга — молодой, рыжеватый — чуть отшатнулся когда я посмотрела в его сторону. Просто посмотрела.

Вот как. Даже он. Интересно что такого делала Эвелин что люди шарахаются от нейтрального взгляда. Жить среди людей которые тебя боятся — это как работать в тихой реанимации. Технически спокойно. На самом деле очень нехорошо.

Ела молча. Каэль читал бумаги.

Тишина была плотной — не пустой, именно плотной. Как перед грозой.

— Как Лира? — спросила я.

Он поднял глаза. Смотрел на меня — секунду, две, три.

— Лучше, — сказал наконец. Коротко. — С чего такой интерес.

— Просто спрашиваю.

— Просто, — повторил он. Тихо. Как человек который не верит ни одному слову но пока не знает зачем ему врут. — Ты никогда ничего просто не делаешь, Эвелин.

Интересно. Значит у Эвелин за каждым словом был умысел. Значит моя простота его сбивает. Запомним.

— Может меняюсь, — сказала я.

Он отложил документы. Медленно. Аккуратно.

Плохой знак. Когда убирает бумаги — жди разговора.

— Что происходит, — сказал он тихо. Не спросил — констатировал. Как человек которому не нужен ответ потому что он уже знает что ответу не поверит.

— Завтрак происходит, — сказала я.

— Эвелин.

— Каэль.

Он смотрел на меня с выражением человека который привык что его боятся — и совершенно не понимает что делать с человеком который не боится. Рыжеватый слуга за его спиной, кажется, перестал дышать и планировал так и стоять до конца завтрака.

Все боятся, — думала я спокойно. — Все кроме меня. Потому что я не знаю чего бояться — контекста нет, истории нет, я здесь меньше суток. Это либо преимущество либо проблема. Скорее всего и то и другое одновременно.

— Чего ты хочешь, — сказал он. Тихо. За тишиной было столько всего что рыжеватый слуга, кажется, начал молиться.

— Вот этот напиток. — Я кивнула на кувшин. — Как называется?

Пауза.

— Горьковский корень, — произнёс он. С таким видом будто ждал продолжения ловушки и не мог найти где она.

— Спасибо.

Я потянулась за кувшином — и задела локтем его чашку.

Не специально. Просто не рассчитала расстояние — непривычные руки, непривычное тело. Я всё ещё каждые несколько минут удивлялась насколько оно длиннее моего. Как будто всю жизнь водил одну машину и вдруг пересел на другую — габариты не те, локти не туда.

Чашка качнулась. Я схватила — обеими руками, крепко.

И почувствовала что-то странное.

Тёплое. Быстрое. Снизу вверх по ладоням — как разряд статического электричества только в десять раз сильнее. Живое какое-то. Как будто что-то проснулось на полсекунды, моргнуло и заснуло обратно.