Книга Триединое Королевство, страница 77 – Anne Dar

— Увлекательно, но одной мало будет, – предполагает Рея. – За ночь прочтёшь, если не будешь прерываться на то, чтобы полюбоваться своим отражением в зеркале.

— Думаешь, я самовлюблённая? – совсем не переживая о стороннем мнении на свой счёт, я с интересом изучаю корешки книг, желая выбрать себе ещё парочку историй.

— Думаю, тебе на самом деле плевать, что я думаю. По крайней мере, о тебе.

— Ты проницательна.

— А ты не самовлюблена. Но даже будь ты самовлюблённой особой, всё равно бы не переплюнула в этом состоянии нашу неподражаемую Флорентину.

— Эй, я всё слышу! – из-за стеллажа вдруг выглядывает Персефона, что становится для меня неожиданностью. Прислушиваюсь, но больше не слышу здесь присутствия иных сердец, да и звук наших сердцебиений заметно глушит стрекотание светлячков, слышимое только на частоте металлического слуха… Тем временем, Персефона, продвигаясь к столу с огромной книгой в руках, говорит: – Флорентина моя сестра, так что попрошу не говорить о ней дурно в моём присутствии.

— А кто говорит дурно о твоей старшей сестрице, скажи? Её самовлюблённость – не тайна, а факт, который я констатирую не только в её отсутствие, но и в её компании, глядя ей прямо в глаза. Вот, например, ты: мисс романтичная наивность – скажу эти слова за твоей спиной без зазрения совести, потому как говорю их же тебе в глаза. Я, как ты сама недавно выразилась, “оторви и брось”. Диандра… – говорящая запинается, бросая на меня изучающий взгляд.

— Красавица, – уверенно подсказывает Персефона, уже сев за стол и упёршись подбородком в свои сцепленные ладони.

— Ну, должно же быть в ней что-то помимо красоты…

— А по-моему вполне достаточно, – с вызовом бросаю я, но это не выпад, а, скорее, игривость.

— Дерзишь, – хмыкает Рея. – Что ж, Диандра у нас: ещё не врубившаяся в ситуацию, дерзкая красотка.

— Не “не врубившаяся в ситуацию”, а пока ещё “не влившаяся в нашу семью”, – поправляет Персефона.

— Как скажешь, – с откровенной иронией, а может даже и с сарказмом, гулко хмыкает Рея, параллельно бегая взглядом по содержимому страниц своей книги.

— Рея у нас такая, – мягко замечает Персефона, обращаясь взглядом ко мне.

— Какая у вас Рея? – откликается Рений, всё же не отрываясь от своего чтения. – Ну же, скажи в моём присутствии, чтобы потом было не зазорно говорить обо мне чушь за моей спиной.

— Вредничает, потому что ей с нами скучно, – словно не обращая внимания на Рений, Таллий продолжает обращаться исключительно ко мне. – В буквальном смысле не находит себе места среди нас. Всё прочитала, всё изучила и ничего ей из интересного тут не осталось…

— Здесь все хотя бы один раз прочитали всю эту библиотеку, – весомо замечает Рея.

Я немного удивляюсь: библиотека громадна, стеллажи забиты от пола до потолка – неужели и вправду всё прочли? Я за свою жизнь, пожалуй, прочитала примерно… Половину такой коллекции. Не потому, что не интересовалась литературой – напротив! – просто с бумажными изданиями в Павшем Мире туго, а для чтения электронных необходимо электричество, которого в Диких Просторах днём с огнём не сыщешь.

Тем временем Персефона продолжала наседать на свою собеседницу:

— Да, но ты единственная, кто прочитал всю библиотеку трижды. Больше тебя только Тофа – пять раз, – но она совсем помешанная на этом деле.