Книга Триединое Королевство, страница 172 – Anne Dar

— Ты провидица, так скажи же мне: возможно ли добиться от этой упрямой девы слово “да” вместо “нет”.

Провидица раздражённо взмахивает руками, прежде чем отвернуться от меня:

— Для Триединого Короля нет ничего невозможного в мире живых.

Тяжело дыша, она окончательно разворачивается ко мне спиной… Поняв, что услышал даже больше, чем достаточно, и более ничего весомого не услышу, я прохожу мимо неё, но стоит мне уйти на пять шагов вперёд, как она бросает мне в спину уставшим, огорчённым, поникшим тоном:

— Не обижай эту девочку.

Я останавливаюсь, но не оборачиваюсь:

— Вы уже успели сблизиться настолько, что ты предоставляешь ей свой патронаж?

— Даже мой патронаж не убережёт её от тебя. Все это прекрасно понимают.

— Все, кроме неё…

— Не обижай её, Багтасар.

— Вы стали подругами?

— Можно так сказать.

Прежде чем произнести следующую фразу, я выдерживаю значительную паузу:

— Сложно быть подругой тем, преданность которым никогда не превзойдёт твоей преданности мне?

На сей раз выдерживает значительную паузу она…

— Сложно. Но я всегда справляюсь.

В итоге ухожу не я – уходит она.

* * *

Диандра наверняка сейчас в своих покоях: по ночам она или читает книги, или, если окно в её башне открыто, упражняется в своём даре – за эти недели она сумела отточить свой контакт с птицами до безупречности. После того как она продемонстрировала свой дар во время попытки побега, Вампирески в сердцах своих тайно опасаются её: шепчутся, будто “новенькая способна убить одним взглядом”. Отталия рассказала всем о том, как Диандра заставила её вырвать самой себе сердце. Что ж, правильно делают, что боятся королевской власти. Смертельно ошибаются те, в ком страха недостаточно.

Днём Гафний и Скорч доставили под купол мой заказ: пятьдесят саженцев молодой черешни. Теперь, роя лопатой землю под луной, я хотя бы физически ограждаю себя от собственных нападок на свою Авиарх. Беспокойные мысли не отпускают, но, похоже, что физическая нагрузка всё же снижает градус нервозности. В ночь после бала Диандра сказала, что любит черешню. Будет ей черешня. Целая черешневая аллея… Аллея Диандры.

В голове эхом звучат слова, произнесённые Йорун менее часа назад: “Для Триединого Короля нет ничего невозможного в мире живых”. Триединое Королевство – так провидица называет в своих предсказаниях принадлежащие моей власти территории. Всё началось с меня. С момента, когда я выжил, вколов себе тройную дозу металлической вакцины. Отсюда во мне такая сила, втройне превосходящая обычную металлическую силу. О том, что я не только Хром, но и Калифорний, и Прометий, известно только мне и Йорун. Поэтому моим астральным именем является имя Триединый Король: триединство металлов в одном существе.

От каждого из металлов во мне по одному дару. Дар поглощения, преумножения и перераспределения чужих даров – дар энергоманипуляции – мне дарует вовсе не хромовая суть – этот дар принадлежит Калифорнию. Хром даровал мне дар забвения – глядя в глаза существа, я могу заставить его забыть столько, сколько захочу. Третий дар, дар Прометия – метка Череполома: татуировка, поставив которую на тело существа, я буквально получаю в своё распоряжение верного слугу и даже раба – носитель метки не может идти против моих приказов до тех пор, пока я не освобожу его от метки, в противном же случае его жизнь прерывается. Меченных Череполомом среди Металлов нет – только в сообществе людей, обитающих на прилегающих к куполу территориях.