Книга Забытое желание дракона, страница 35 – Элина Амори

Но тело начало отвечать само, вопреки панике в голове. Оцепенение отступило, уступая место волнам ослепительного тепла. Оно растекалось от точки соприкосновения наших губ — к щекам, к горлу, опускалось тяжелым, сладким грузом в живот, заставляло дрожать ноги. Руки, обвившие его шею, сами собой вцепились в волосы у затылка в поисках хоть какой-то опоры в этом шторме.

Из моей груди вырвался звук нечто среднее между стоном и всхлипом. От удивления. От невозможности вместить в себя все это новое, сладкое и пугающее одновременно.

Хорн воспринял это иначе, хрипло выдохнул прямо в губы и углубил поцелуй. Я почувствовала вкус. Его вкус. Дикий, теплый, с оттенком дыма и чего-то чужого, отчего по спине побежали мурашки от смеси восторга и страха.

Голова закружилась. Тьма за закрытыми веками заполнилась яркими, бесформенными вспышками. Я перестала дышать. Вернее, забыла, как это делается. Весь кислород, казалось, Хорн выкачал из меня, а взамен наполнил чем-то густым, опьяняющим, лишающим воли.

Когда он наконец оторвался, это было похоже на выныривание из водоворота. Я ахнула, глотая ледяной воздух пещеры, который теперь обжигал. Я распахнула глаза и увидела Хорна. Так близко..

Его глаза были темными, почти черными, зрачки расширены. На его обычно сдержанном лице бушевала настоящая буря — страсть, торжество, дикая нежность и… растерянность. Та же самая, что клубилась у меня внутри. Он смотрел на меня, словно и сам не мог поверить в то, что только что произошло.

Я висела у него на руках, вся промокшая, дрожащая, с пульсирующими от поцелуя губами и перевернутым с ног на голову миром. Я хотела что-то сказать, но из груди вырвался лишь сдавленный, хриплый звук, больше похожий на стон. А потом я просто упала лбом на плечо Хорна, пряча пылающее лицо, не в силах выдержать интенсивность его взгляда и хаос в собственной душе.

Он не сказал ни слова. Только сильнее прижал меня к себе, и его дыхание, все еще прерывистое и горячее, шевелило мои мокрые волосы. Его руки не ослабляли хватку, а, казалось, только крепче впивались в меня, словно он боялся, что я испарюсь, рассыплюсь, как сон. Я чувствовала каждое движение его грудной клетки, каждый напряженный мускул. Он не отпускал. И в этой силе ощущалась натура дракона, нашедшего свое сокровище и не желающего отпускать.

Становилось жарко. Тело Хорна накалилось будто изнутри, и моя промокшая одежда начала испарять влагу, окутывая нас теплым паром. Мне стало душно, неимоверно жарко.

Его губы снова коснулись моей кожи — теперь виска, горячим, влажным прикосновением, и по телу пробежала новая, еще более сладостная дрожь. Он был явно не готов останавливаться. Его сжатые руки, прерывистое дыхание у моего уха, напряженное тело говорили об одном — он хочет больше.

И часть меня отчаянно, всем существом, жаждала того же. Утонуть в этом забытьи, позволить ему унести меня в мир одних лишь ощущений.

Но мой взгляд, блуждавший в поисках опоры, упал за его широкое плечо. Туда, где слабый свет его магического шара все еще освещал кровавый алтарь.

Темные, почти черные пятна на камне. Обглоданные останки. И этот сладковато-медный запах смерти, который я почти перестала замечать, пока Хорн целовал меня, теперь ударил в нос с новой, отвратительной силой.