Книга Его одержимость. Время вспять, страница 25 – Дилара Александрова

Она не знала, чем это было вызвано. Природной силой Кассариона, или сдвигом телепатии при рождении, или чем-то совсем иным. Но одно она знала точно — телепатия Кассариона невероятно сильна, и без должного обучения может разрушить все на своем пути.

— Мама, — послышался сонный голос только что проснувшегося малыша. Кассарион спустился по лестнице, видимо, покинув свою кроватку. — Моя мама.

— Ох, малыш, — Виктория подняла сына на руки и расцеловала розовые щечки. — Любимый мой, сладкий.

Научился говорить...

— Моя мама, — повторил Кассарион, задумчивый, будто размышляет о каких-то глобальных вещах, а потом посмотрел на маму хмуро. — Моя?

— Твоя, малыш, твоя, — вздохнула Виктория, поняв, что в это утро еще один Даркмор требует ее внимания.

Она их обоих очень, очень любит.

Главное, чтобы они не задавали вопросов одновременно.

Прибрежный квартал находился в двадцати минутах езды. Файрон поразился, какое огромное расстояние преодолевала маленькая девочка, чтобы добраться до их дома. Это не менее двух часов на самокате, тогда Джудит должны была вставать еще до восхода солнца, чтобы успеть ко времени. А, уходя из их дома, она, наверняка, возвращалась глубоко ночью. Странно, что ни Файрон, ни Виктория не подумали об этом. Ладно, жену можно понять — эти дни она находилась словно в другом мире, на границе сна и реальности. А он-то что? Файрон почувствовал стыд.

Дома в прибрежном квартале располагались кто как придется: здесь не особо заботились о правильности уличных линий, и уж точно не выкорчевывали лишние пальмы для того, чтобы дорога была прямее. Так, как принято в менее бедных кварталах пилигримовых поселений.

Автомобиль Файрона заглох сразу же, как весенняя чавкающая грязь попала в воздуховоды, достигнув внешнего слоя атигравитаторов. Элитный Моврэбсел сел воздушной подушкой на месиво, намекая, что сегодня Файрон испачкает глянцевые ботинки по самую щиколотку.

Через несколько десятков метров он остановился напротив какой-то невысокой халупы с прохудившейся крышей, впрочем, не сильно отличавшейся от остальных. Хлипкие стены, сделанные из потрескавшегося старого кирпича, казались не такими уж надежными, веранда из пальмовой древесины наполовину сгнила. Этой завалинке лет сто, не меньше. Файрон преодолел небольшой огород с морковью и свёклой, расположившейся аккурат перед домом. Поднимаясь по ступенькам, Файрон слышал подозрительный скрип у себя под ногами. Видимо, он был слишком тяжел для пола хлипкой веранды, и всерьез опасался за свою жизнь. Вот так провалится — и Виктория даже не узнает, куда.

Постучал в дверь.

Тишина.

Постучал еще раз.

— Госпожа Андерсон? — позвал Файрон, прекрасно зная, что бабушка девочки находится дома.

Перед тем, как принять на работу Джудит, он выяснил, что у женщины не было одного легкого, и она почти никогда не выходила за пределы своего дома. Разве что в огород, вырастить овощи.

Вообще, при приеме на работу Файрон многое узнал о Джудит, и некоторые вещи показались ему странными. Правда, он не особо уделял этому внимания, проблем хватало и без того.

— Госпожа Андерсон, прошу открыть дверь, мне нужно поговорить с вами, — Файрон не был намерен отступать.

Почувствовав, видимо, что настойчивый гость уходить не собирается, внутри что-то зашевелилось. Щелкнул замок, в небольшом проеме двери показалось недовольное лицо пожилой женщины. На голове ее высилась целая куча накрученных на седые волосы бигудей, ярко-красная помада выделяла на сморщенном лице ниточки губ, во рту дама держала нечто, похожее на сахарный леденец продолговатой формы. Цветастый халат, висевший на худощавом теле, был самим ярким, что Файрон видел за сегодняшнее утро.