Книга Ураганные войны, страница 60 – Теа (Тея) Гуанзон

«Наутилус», как и остальные корабли Сардовии, защищал внешний стальной каркас, скреплявший пластины из невероятно прочного стеклометалла и рудного железа. Чтобы вывести из строя штормовик такого грандиозного размера, требовалась не одна флотилия, и зачастую в ответ корабль успевал нанести огромный урон нападающим. Когда первый штормовик под знаменем Кесатха оказался в небе, он в корне изменил представление о ведении войны. И теперь, спустя девятнадцать лет, флот, состоящий из таких штормовиков, смог удовлетворить амбиции Гахериса и подчинил себе весь Континент.

Таласин ненавидела штормовики. Если бы их не было, столько людей были бы еще живы. Даже те корабли, которые Вела забрала с собой, когда дезертировала, в конечном счете оказались бесполезными, ведь боевые действия часто разворачивались там, где от них больше страдали невинные люди. И вообще, что такое восемь штормовиков против имперских пятидесяти?

«Уже три, – с горечью напомнила себе девушка. – Если не меньше».

Положение было прескверным. План Таласин мог подарить остаткам Сардовийского Союза лишь проблеск надежды на то, что они снова станут сражаться. Но вероятность того, что план сработает, была весьма мала.

Когда солнечный диск на горизонте расплавился до полукруга, а бледные силуэты семи лун повисли в небе, на палубах началась суета, среди экипажа «Летнего бриза» разнесся крик «Земля!». Таласин оторвала взгляд от исполинского «Наутилуса» и повернулась к носу каракки: там действительно была земля. Вдалеке из темнеющего океана тропическими башнями высились бесчисленные зеленые острова Доминиона Ненавар. При виде них в груди Таласин что-то встрепенулось: она с тревогой ощутила, что совсем скоро пройдет точку невозврата.

…….✲……..

Скромный флот Сардовии приостановил движение, паря над океаном. Кораклы-«осы» заплыли в свои ангары на «Наутилусе», а Таласин спустилась обратно на ют «Летнего бриза». Заклинатели настроились на несколько ближайших частот эфирной волны, но их попытки пробиться на канал пресекались. Бишимма сильно хмурился.

— К ним приплыла целая флотилия кораблей, которым явно нужна помощь, а они не соизволят даже вступить в контакт, – пробормотал генерал себе под нос.

— Ненаварцы знают о войне, – заметила Таласин. – Может, не хотят сами оказаться под ударом.

— Будем надеяться, что они изменят отношение, как только узнают, что у нас их давно пропавшая принцесса.

Таласин прикусила нижнюю губу, чтобы не сорваться и не шикнуть на старшего по званию, и бросила быстрый взгляд на слоняющихся неподалеку членов экипажа. Если задуматься, они все прибыли в Ненавар лишь потому, что это было ближайшее к Сардовии невраждебное государство, и они уповали на милосердие королевы драконов.

В конце концов они решили отправить одного из немногих оставшихся у них голубей в Порт-Самоут. Бишимма нацарапал на кусочке пергамента сообщение на морском всеобщем, свернув в трубочку, привязал его к лапке воркующей птички, после чего выпустил ту в направлении сияющей гавани.

— Как думаешь, они откликнутся? – спросил генерал у Таласин, смотря вместе с ней вслед голубю.

— По правде говоря, я удивлюсь, если они его не подстрелят по пути, – ответила Таласин.

— Отставить шутки, рулевая, – строго отреагировал тот. – Это наша последняя надежда.