Книга Чары в стекле, страница 105 – Мэри Робинетт Коваль

Джейн прижала свободную руку ко рту и даже покрепче закусила большой палец, давя всхлип, чтобы не выдать себя. Больше всего ей хотелось сплести чары затемнения, укрыть ими комнату, чтобы вместе с Винсентом улизнуть прочь. Но куда бежать? Прямиком в лапы солдатам, дожидающимся внизу во дворе, да еще любезно доставить им стеклянную Sphère Obscurcie? Выбора не было: Джейн никак не могла повлиять на происходящее, так что ей оставалось лишь молча наблюдать.

И она наблюдала, стоя в лучах безжалостного солнца, как французы уводят ее мужа.

Дверь в комнату так и осталась приоткрытой. Джейн некоторое время стояла на месте, чувствуя себя запертой в квадрате света. Эмоции переполняли ее настолько сильно, что она и вовсе перестала чувствовать что-либо. Подойдя к окну, она прислонилась лбом к стеклу – физическое ощущение тепла заменяло все прочие чувства – и бездумно смотрела, как лейтенант Сегаль и его солдаты выводят Винсента из дома. Они погрузили его в закрытую карету, а затем надежно заперли дверцу. Джейн не двигалась с места до тех пор, пока отряд не выехал со двора. Застыв как статуя, она таращилась в окно, и лишь одна мысль занимала все ее существо – о том, что мужа больше нет рядом.

Из забытья ее вырвали шаги, донесшиеся из коридора. В комнату вбежала мадам Шастен. Сухожилия на ее шее вздулись от напряжения, а лицо было бледным как полотно.

— Мадам Винсент?

На мгновение Джейн показалось, что хозяйка видит ее сквозь покров чар, но мадам Шастен бросилась через гостиную к дверям спальни так поспешно, что стало ясно: она никого не видит.

— Мадам Винсент! Джейн! – Голос хозяйки буквально звенел от беспокойства.

Джейн провела пальцами по стеклянной Sphère – та как будто сияла изнутри, преобразуя свет солнца в невидимый покров. Гладкая поверхность приятно грела пальцы. «Сбереги ее», – велел Винсент.

Сунув шарик подальше от солнца, за одну из плотных портьер, висящих по обе стороны от окна, Джейн позвала:

— Я здесь!

Мадам Шастен выскочила из спальни и облегченно воскликнула:

— Ох! Я так волновалась! Не буду спрашивать, в порядке ли вы, лишь уточню: вы не ранены?

— Нет, благодарю за беспокойство.

Мадам Шастен торопливо подошла ближе и обняла ее с тем горячим и живым участием, на которое сама Джейн сейчас не была способна.

— Дорогая моя, ох, дорогая моя! Как же мне горько за вас! Ваш муж… милый, славный Дэвид…

Джейн замерла, резко вспомнив, что, хотя мадам Шастен пришла, чтобы поддержать ее, в этом доме имелись и другие чароплеты, и одному из них Винсент показывал технику создания Sphère Obscurcie.

— А месье Шастен?..

Хозяйка отстранилась, выпуская ее, и нахмурилась.

— Они не посмеют тронуть его из-за его родства с Наполеоном. Этот негодяй Сегаль сперва попросил его пойти с ними, но Бруно, конечно же, отказался, полагая, что этим все и кончится, но… ох, как же это все ужасно! – Мадам осеклась, но затем продолжила: – …но он и подумать не мог, что они заберут вашего супруга.

— А ученики? – Джейн прижала ладонь к животу, словно могла таким образом сдержать подкатывающий приступ тошноты.

— Бруно распустил их всех по домам. – Мадам Шастен взяла ее под локоть и повела к лестнице. – Идемте. Нужно обсудить подготовку и к вашему отъезду тоже.