Книга Ты меня предал, страница 97 – Анна Шнайдер

Всё это Динь написала, когда Павел находился на рабочем месте, и как только пациент ушёл, он тут же позвонил Ирине Сергеевне и вывалил на неё все свои тревоги по поводу состояния жены.

— Не волнуйтесь, — спокойно сказала врач, и он почему-то услышал в её голосе улыбку. — Наталья Вячеславовна в курсе состояния Дины, мы с ней сегодня говорили. До 38 недели осталось два дня, она как раз будет на дежурстве и в этот же день примет решение — либо рожать, либо кесарить. Посмотрим по состоянию вашей жены.

— Спасибо, — искренне поблагодарил Павел, и только потом, положив трубку, удивился, что Ирина Сергеевна сказала именно «жены», а не «бывшей жены»…

Около девяти часов вечера, когда Павел уже собирался отчаливать из клиники, к нему в кабинет заглянул Горбовский.

— Закончил приём? Зайди-ка ко мне, — буркнул Виктор, кивнув, и Павел, быстро стянув перчатки, пошёл за начальником.

В кабинете главврач сел за стол и, махнув Павлу рукой на один из стульев для посетителей, подождал, пока собеседник на него опустится, чтобы потом резко произнести:

— Видел я эту Настю.

Павел вздрогнул от неожиданности. Мгновение хотел спросить: «Какую Настю?», но потом вспомнил.

— Б**, Андреич, ты на х** мне это говоришь?

— Не выражайся, — погрозил пальцем Горбовский. — Я так, на всякий случай, чтоб ты знал. Тебя же «Импланта» который год пытается переманить на работу, верно? Вот эта шлюха, пардон, Настя, сидит у них администратором на ресепшн.

— Да мне плевать, — поморщился Павел. — Я туда не пойду работать, говорил уже тебе. А ты что там делал?

— Купить их хочу, — расплылся в улыбке Виктор. — Дела у них не очень, продаваться собираются, но пока думают, кому. Приезжал пообщаться, а тут она. Только я бы её и не узнал, если бы не бейдж с фамилией. Смотрю и думаю — а ведь у нас была администратор с такой фамилией: Залюбовина. Поднимаю глаза — ну точно, она. Только три года назад эта Настя была девкой яркой, а сейчас — ничего особенного, и поправилась килограмм на двадцать, не тростиночка больше.

— Андреич, — Павел укоризненно покачал головой, — мне пох**, честно. Ты думаешь, я сейчас к ней побегу, что ли?

— Ты — нет, — хмыкнул Виктор. — А вот что ей придёт в её дурную голову, лично я понятия не имею. Она меня как увидела, позеленела вся, а потом спрашивает: «Виктор Андреевич, а как поживает Гордеев?»

Павла аж передёрнуло. Не дай бог эта девка к нему явится!

— А ты что?

— Я сказал, что ты поживаешь хорошо, — ответил Горбовский почти ласковым тоном. — Женат, жена ребёнка ждёт, родит скоро. Ну и пригрозил так аккуратненько: если, мол, возьмёшься за старое, мигом без работы останешься, и не только здесь, а вообще. Могу, говорю, устроить. Она головой помотала, выпалила: «Нет, нет, я просто!» и заткнулась. Так что имей в виду, Гордеев — если Настя появится на твоём горизонте, говори, я разберусь.

— Надеюсь, не появится, — вздохнул Павел. — Судя по твоему описанию, её всё-таки жизнь хоть чему-то научила.

— Похоже на то, — кивнул Виктор. — Жаль, что перед тем, как чему-то научиться в собственной жизни, эта шалава хорошенько потопталась по твоей.

Дина

В тот день, когда я, не выдержав, нажаловалась Павлу на своё беспокойство по поводу затянутости нынешней ситуации с родами, я дважды говорила с Ириной Сергеевной. Сначала — до того, как написала бывшему мужу в мессенджер, потом — после. Она позвонила мне сама, чтобы ещё раз успокоить, а заодно сообщила, что несколько минут назад общалась с Павлом. Я удивилась, поначалу не поняв, почему он вообще мог звонить Ирине Сергеевне, а потом поняла.