Книга Ты меня предал, страница 42 – Анна Шнайдер

А потом открыл глаза… и застонал, осознав, что именно натворил.

— Б**, Настя! — Он отодвинулся, стянул презерватив и выбросил его в урну. — Ну нах**, а?!

— А тебе не понравилось? — Она по-кошачьи облизнула губы, выгнулась, лаская себя пальцем между ног. — Так быстро кончил, я ничего не успела… Давай продолжим?

— Да пошла ты на х**, шалава! — почти плюнул в неё Павел, поправил штаны и выскочил из туалета.

Настолько дерьмово он не ощущал себя никогда в жизни. А главное, что он сам не понимал — как так получилось? Что заставило его трахнуть эту абсолютно чужую девку, к которой он даже ничего не чувствовал? Да, Настя красивая, но у Павла до этого вечера ничего не колыхалось, когда он на неё смотрел. По правде говоря, она даже была ему немного неприятна, как обычно бывает неприятен человек, который не понимает слова «нет». До чего он докатился, он же любит Динь! А если она узнает?!

Подумав об этом, Павел вздрогнул и даже перекрестился. Нет, он не мог позволить себе потерять жену, только не её! В то мгновение он даже был готов всю жизнь платить Насте деньги, лишь бы она молчала об этом позорном эпизоде в туалете ресторана. И тогда он надеялся, что на нём всё и закончится.

Но, увы, кошмар только начинался.

Дина

Следующие пару недель я ощущала себя тюленем. Лежала, читала книжки, смотрела фильмы, ела и спала. Гуляла, как и просили меня Игорь Евгеньевич и Ирина Сергеевна, только по квартире. Токсикоз окончательно ушёл в прошлое, поэтому я изо всех сил старалась умерить аппетит, опасаясь, что не в меру поправлюсь и стану даже не тюленем, а моржом или вообще китом. Ещё и Павел со своими кулинарными изысками… Бывший муж настолько вкусно готовил, что я частенько не могла удержаться и съедала больше, чем могла себе позволить.

Самого Павла я видела редко, несмотря на почти прежний график — он приезжал два раза в день гулять с Кнопой, периодически бегал в магазин, когда было нужно убирал квартиру или готовил еду. Вот в такие дни я могла его наблюдать, и мне, честно говоря, не нравился внешний вид Павла. Он выглядел как человек, который не отдыхает вообще. Возможно, так оно и было, вряд ли у бывшего мужа имелось много времени на отдых.

Пару раз мы вместе ужинали. Я предлагала всегда сама, замечая, что Павел от усталости и голода на ногах не стоит, и он спокойно соглашался. Ел всегда с огромным аппетитом и молчал, пока я сама не начинала говорить — а я не начинала. Опасалась наткнуться ещё на какие-нибудь откровения. До сих пор не отошла от прошлого упоминания его лечения у психотерапевта. Причём сама не могла понять, что по этому поводу на самом деле чувствую, кроме глубочайшего недоумения.

Учитывая тот факт, что я почти не могла сидеть за компьютером — увы, врачи предупреждали меня и об этом, — а работать полноценно, втыкая только в телефон, невозможно, доходы мои резко упали почти до нуля. Если, конечно, не считать денег, которые я получала от сдачи нашей с мамой квартиры, но их я традиционно старалась отправлять на вклад, да и сумма там была небольшая. Пока я не слишком тратилась, потому что почти на всё тратился Павел, но боялась представить, что было бы, если бы не он со своей помощью. И мне было неловко. Бывший муж — это всё же бывший муж, а не настоящий, и он не должен спускать на меня всю зарплату. Конечно, Павел спускал не всю, но тратил более чем прилично, и от этого было не по себе. Я пыталась поговорить с ним на эту тему однажды за ужином, но наткнулась на такое ослиное упрямство и каменную уверенность в собственной правоте, что решила не спорить. Попытка всучить Павлу хотя бы какую-то часть потраченной на меня суммы могла закончиться плачевно для ребёнка, которого я старалась оберегать от всех волнений. Вот рожу, тогда и разберёмся.