Онлайн книга «Не любовница»
|
Оксана анализировала всё случившееся за последние дни весь вечер вторника и в итоге так и не смогла понять, как умудрилась настолько запутать своё отношение к Алмазову. Вроде бы только в пятницу вечером она дико злилась на него и почти ненавидела, особенно когда утром он назвал её непривлекательной, а потом… Душевный разговор на кухне, тетрадь со стихами в понедельник, обсуждение её рисунков во вторник… И образ Михаила Борисовича, гада и изменника, начал играть новыми красками. Оксане вдруг даже захотелось найти ему оправдание. Вот это вообще ужас ужасный! Ещё не хватает — искать оправдание мужику, который меняет девиц с периодичностью раз в три месяца. У Оксаны волосы шевелиться начинали, когда она представляла, сколько девок перетрахалось с Алмазовым за все те годы, что он состоит в браке. Хотя, возможно, шеф начал изменять жене не сразу, но не суть — много девок, очень много! Не хватает ещё ей мечтать стать одной из. Нет, она пока не совсем свихнулась, чтобы желать по собственной воле превратиться в шлюху женатого мужчины. Но с другой стороны, Оксана не могла не признать, что общаться с Михаилом Борисовичем ей нравится. И когда она с ним разговаривает, то вообще забывает и о собственной неприязни, и о том, что он — всего лишь любитель изменять жене. Да и не похож он на такого человека… Чёрт! Опять она ищет ему оправдание. Хоть саму себя по голове бей чем-нибудь тяжёлым каждый раз, как приходят подобные мысли. Но даже если так — вряд ли поможет. Не помогают кувалды от влюблённости. А в том, что у неё именно эта славная болезнь, Оксана уже не сомневалась. Что же касается самого Алмазова, то в какую-то особенную симпатию с его стороны она не верила, слишком уж очевидными были его слова про непривлекательную, сказанные с бодуна, когда не врут. Хотя накануне Оксане показалось, что… признаться в этом было даже как-то стыдно, но… ей почудилось, что он возбудился, когда держал её ступню в своих ладонях. По крайней мере если судить по натяжению брюк… Ой, нет, лучше вообще об этом не думать! Это наверняка был глюк. Ну или пошив такой у штанов, и когда с корточек встаёшь, они топорщатся. Не мог Михаил Борисович… да и не из-за чего! Она же не голая перед ним стояла! Подумаешь, нога… тридцать пятого размера. Ерунда! В среду Оксана вновь надела строгий брючный костюм — белая блузка, чёрные штаны, — и не стала ничего делать с причёской. Всё равно накануне Алмазов, кажется, и не заметил её стараний с этим платьем и макияжем. Вот и не нужно тратить время, лучше подольше поспать! К сожалению, она пожалела о своём решении, причём очень быстро. Как только Михаил Борисович вошёл в приёмную, поздоровался и, улыбнувшись, сказал: — А тебе, между прочим, очень идут платья, Оксана. Я вчера постеснялся сказать, извини. Сегодня хотел исправиться, а ты опять в брюках. Она аж оторопела. Постеснялся. Алмазов постеснялся сказать… Значит, всё-таки заметил… Хотелось как-нибудь съязвить, чтобы сбросить с себя растерянность от этого заявления и сладкую неловкость, возникающую каждый раз, когда Михаил Борисович говорил ей «ты», но всё, на что хватило Оксану, это почти неслышно пробормотать: — Я же непривлекательна… Алмазов моментально перестал улыбаться и помрачнел. — Оксан… забудь ты эти слова, — произнёс он настолько серьёзно и проникновенно, что ей даже захотелось поверить. — Это… |