Книга Слишком бедный, страница 47 – Анна Шнайдер

Тимур не верил, что до Мирославы дойдёт хоть что-нибудь — слишком уж оскорблённой выглядела девочка. Он считал, что в потакании её капризам после смерти Лизы давно упустил момент, когда Мира начала ценить только собственные чувства и желания, напрочь игнорируя чужие, особенно чувства отца, и теперь пожинал плоды своей безответственности.

Не зря говорят: «Сапожник без сапог». Тимур считал себя хорошим преподавателем, способным объяснить любую тему даже лишённому интереса к физике или химии ребёнку, но как отец он явно не состоялся.

И удивительное дело — почему-то за нынешнее поведение Миры ему было стыдно гораздо больше, чем за прошлое Дианы. Наверное, потому что он понимал — Диана давно сделала выводы, а вот сделает ли их Мирослава? Если она уже в двенадцать лет способна упиваться чужой безысходностью, что будет дальше?

Диана

Конечно, она всё сразу рассказала Алисе. В тот же день, как только выплакалась, напилась воды пополам с валерьянкой, так и позвонила сестре. Диане жизненно необходимо было услышать её голос, чтобы хоть немного приободриться.

На самом деле изначально она не собиралась рассказывать про Тимура, хотела просто послушать Алису, узнать, как поживает любимый племянник, но сестра спросила сама.

— Я слышу — что-то произошло. Давай, Диан, колись. Вместе что-нибудь придумаем.

И вот тогда Диану прорвало. Хорошо, что она хотя бы не плакала — но не потому что не хотелось, просто не могла уже, слишком много слёз вылилось из неё за прошедшие часы. Только всхлипывала и кашляла, когда периодически перехватывало горло.

— Ясно, — вздохнула Алиса, как только Диана замолчала. — Ох, Ди, бедняжка ты моя. Хочешь, я приеду? С Мишкой. Переночуем у тебя.

— Так у меня же детской кроватки нету…

— Да он в коляске поспит. Ничего, приспособимся. Хочешь?

— Хочу. Но только если тебя это действительно не стеснит, Алис…

— Ну всё, тогда жди!

Через час с небольшим сестра примчалась — деловая, собранная, с коляской и кучей вещей для себя и Мишки. За её плечом маячил мрачный Эдуард, и Диана поначалу даже испугалась, особенно когда увидела у его ног небольшой чемодан.

— Мы у тебя недельку поживём, — неожиданно заявила Алиса, улыбаясь. — Точнее, мы с Мишкой, Эд тут не поместится.

— Не очень и хотелось, — пробормотал Эдуард, и Алиса дала ему лёгкий подзатыльник. Мужчина фыркнул и покосился на Диану с укоризной. — Лишаешь меня жены и сына на целую неделю, Ди, тебе не стыдно?

— Но я… — пробормотала она, опешив, но Алиса её перебила:

— Диана ни при чём, это было моё решение, я же говорила.

Взгляд Эдуарда стал скептическим, но больше муж Алисы ничего говорить не стал, попрощался и, напомнив, чтобы с малейшей просьбой обращались к нему, ушёл.

А Алиса с Мишкой остались. И это, наверное, спасло её психику. До приезда сестры Диана всерьёз думала, что не выдержит всего случившегося, проскальзывали даже ужасно эгоистичные мысли о том, что если она вдруг умрёт, никто особенно не расстроится. Глупости какие! Алиса примчалась даже не на пару часов, а на целую неделю — кормящая мать, между прочим, с грудным ребёнком, оставила комфортный быт и предпочла его полупустой квартире и Дианиному постоянному нытью.

— И совсем ты не нытик, — возразила Алиса со смешком, когда Диана сказала сестре нечто подобное в тот день перед сном. — Делиться с близкими не только радостями, но и горестями — это нормально. Я же тоже с тобой всем делюсь.