Книга Почему ты молчала?, страница 4 – Анна Шнайдер

Мы почти каждый день ходили вместе обедать. Иногда вдвоём, иногда к нам присоединялись другие коллеги. Мне было легко с Яковом, и, увольняясь, я больше всего жалела именно о разрыве с ним. Хотя можно ли назвать это разрывом? Я просто перешла работать в другое место, устав от почти ежедневной долгой дороги до офиса и начальника-самодура. Нестеров жил ближе, да и с нашим руководителем ему было проще, чем мне — это я каждый раз тряслась, выходя с совещаний, а Яша потом отпаивал меня кофе из автомата. В отличие от меня, ему гораздо легче давалось общение с живыми людьми, а не с рукописями. И когда спустя некоторое время я узнала, что Нестерова повысили, не удивилась. Он заслужил.

Хотя в тот год, когда мы только начинали вместе работать, нам обоим было по двадцать три года. Практически вчерашние студенты, молодые и не слишком опытные. Я как раз вышла замуж, Яков был женат уже целых четыре года, имел сына — и я, вздохнув, призналась, что устроилась в «Гутенберг», надеясь на хорошие декретные выплаты. Не сейчас, конечно, но когда-нибудь в будущем. Увы, но эти мои чаяния не сбылись.

В общем, на тот момент, когда я встретила Яшу на новогодней ярмарке, мы не виделись около года. Именно столько времени прошло с момента моего увольнения, и Нестеров был не в курсе многих перемен в моей жизни — впрочем, как и я в его. Однако я хорошо помнила, насколько славно всегда чувствовала себя в компании Якова, поэтому соглашалась на кафе с огромным удовольствием и искренней радостью.

Не знаю, в какой момент мы с ним запустили цепочку определённых событий, ставших для меня настоящим счастьем. Когда встретились? Или когда я согласилась пойти в кафе? Или…

Впрочем, обо всём по порядку.

Полина

Мы отправились в ближайшее кафе, особенно не выбирая — просто вышли с территории ярмарки, увидели витрину, подмигивающую нам белыми огоньками гирлянды на окне, переглянулись, кивнули друг другу и решительно зашагали в сторону заведения.

По пути болтали об общих знакомых. Говорил в основном Яков — я, проработавшая с ним четыре года, была рада узнать, как поживают люди, вместе с которыми я когда-то делала книги. Новостей оказалось много — пара человек уволилась, кое-кто ушёл в декрет, некоторых повысили — короче говоря, нам было кого обсудить и без разговоров о себе. С особым удовольствием мы перемыли косточки моему бывшему начальнику, который и назначил Якова руководителем направления отечественной фантастики, — тот был тем ещё самодуром. Разговаривать он не умел в принципе — только орать. Поэтому я и не выдержала, а Нестеров как-то справлялся. Всегда справлялся, не обращая внимания на вечные крики по поводу и без — они до него будто не долетали. Или отскакивали, как мячик от стенки.

Кафе, в которое мы в тот день пришли, изнутри напоминало сладкий домик ведьмы из сказки про Гензель и Гретель. Стены были похожи на розовый зефир, обклеенный маршмеллоу и конфетами, светильники под потолком казались пучками сахарной разноцветной ваты, столы были стилизованы под покрытые глазурью пряники. На каждом столике посередине красовались белые фонарики со стеклянными окошками, внутри мягко светились электрические свечи. В общем, уютно, хоть и подобный интерьер больше подходил для свидания или посиделок с детьми, чем для обычной встречи бывших коллег.