Книга Почему ты молчала?, страница 124 – Анна Шнайдер

Пашка совсем надулся, и Яков, погасив улыбку, решил, что пора заканчивать.

— Всё-всё, хватит, брейк. Давайте успокоимся. Может, что-нибудь ещё хотите слопать? Меню нам оставили, посмотрите.

— Не, я налопался так, что скоро из ушей польётся.

— Я тоже.

— Тогда давайте немного погуляем. Погода-то хорошая, — заключил Яков и махнул рукой официанту.

Яков

В конце встречи с сыновьями Яков пришёл к выводу, что всё прошло идеально, гораздо лучше, чем он опасался. Возможно, дело было в Ване, который поддерживал отца, а для Пашки брат был непререкаемым авторитетом, возможно, в глубине души мальчик всё-таки был рад тому, что Иришка его сестра — так или иначе, но настоящей истерики не последовало. Только хмурость и общая задумчивость.

А вечером, когда Яков решил связаться с Ваней, сын сообщил, что Пашка постепенно приходит в себя.

— Ну, он, конечно, ещё мутноват, но в целом ничего. Я ещё с ним буду говорить, пап, не переживай. Нам главное, чтобы он Иришку не вздумал задирать, но тут у меня есть рычаги давления, на них и надавлю.

— Не переборщи только. Не хочу, чтобы он на тебя обиделся.

— Ой, я как-нибудь переживу.

Сразу после этого разговора Яков позвонил Полине, которая сразу призналась, что весь день думала про его диалог с Пашкой и нервничала. Вкратце описал случившееся и почувствовал, как Полина расслабилась.

— Мне всё равно немного страшно, — сказала она со вздохом. — Сейчас уже не так, но опасения остаются. Как я поняла, Паша — мальчик горячий, вспыльчивый. Мало ли, что ему в голову взбредёт… Из дома сбежит или банкомат захочет сжечь в знак протеста…

Яков не стал говорить, что опасается примерно того же самого. Нет, не поджигания банкоматов — с незнакомыми людьми по телефону Пашку говорить не заставишь, — а просто какого-нибудь безрассудства. Поэтому и надеялся, что Ваня под боком сумеет удержать младшего брата от проявлений детского максимализма.

— Как думаешь, как Паша теперь будет вести себя с Иришкой? — с осторожностью спросила Полина.

— Не знаю, — честно ответил Яков. — И хочу поговорить с ней об этом. Сейчас позвоню.

Спустя пару минут он пересказывал разговор с Пашкой дочери и попросил Иришку не обижаться на мальчика, если он начнёт вести себя грубо.

— Не волнуйся, пап, — серьёзно сказала Иришка. — Я всё понимаю. Паше нужно время. Как снегу весной.

— Ты о чём?

Устав за прошедший день, Яков не сразу уловил аналогию.

— Ну как же? Вот смотри, за зиму выпадает много снега. Потом хоп — наступает весна, становится тепло. Разве он сразу тает? Иногда нужно много-много дней, чтобы снег весь растаял. Даже не одна неделя, больше! Так и с Пашей. Его снегу нужно время.

Яков улыбнулся.

А ведь это умение подбирать красивые сравнения, пожалуй, Иришка унаследовала у него… Как и многие другие умения, впрочем.

— Я просто беспокоюсь, что он может сделать тебе больно. Обидеть тебя.

— Я постараюсь не обижаться, пап. Я буду помнить, что я — солнышко, а он — снежок, которому нужно время, чтобы смириться с приходом весны.

— А потом взойдёт травка и расцветут цветы?

— Кстати, цветы! Первые цветы распускаются прям из-под снега! Ты мне кое-что подсказал, пап, спасибо.

— Только будь осторожна, Ириш. Не проявляй лишнюю инициативу.

— Ладно, — покладисто согласилась Иришка. — А ты завтра к нам приедешь?