Книга Я не выйду за тебя, Вахабов!, страница 78 – Лита Летинская

— Лена, что с тобой? — Женя подходит заглядывает в лицо обеспокоенно.

Я сижу у окна, задумчиво рассматривая медленно закручивающиеся снежинки, грею руки о кружку с чаем.

— Да ничего. Работа. Ты знала про Мельникова? — не сомневаюсь что слышала, такие новости быстро распространяются по больнице. Хочу услышать ее мнение.

— Про иск вдовы? Шарахается по больнице как неприкаянный, но если суд выиграет вдова, то на его карьере можно поставить жирный крест. А ты чего, переживаешь за него?

— Не знаю, я немного шокирована, мне нужно занять ответственную должность, — и сам Вахабов продвинул на нее, я не знаю как на это реагировать.

— Радоваться надо повышению. Тем более все наконец встает на свои места. Это твоя должность. Я не понимаю как ты согласилась работать в приемном, ведь это совсем не твое направление.

По графику у нас лайт режим сегодня и не сложные полостные операции. Хочу найти Алексея и поговорить. Если он правда до сих пор в больнице. На душе муторно. Молодой мужчина уменр, жена у него осталась, и мне хочется выяснить все подробности, возможно ли было сделать что либо еще? И самое главное, смогла бы я справится в такой ситуации?

Нахожу его на лестничном пролете, курит, сидя на подоконнике и глядя в окно.

— Привет, — неловко здороваюсь.

Смотрит на меня не отвечая, затягивается поворачиваясь к окну. Наушники в ушах, играет что то мелодичное, что слышно даже мне. Дергаю один из его уха, он подскакивает.

— Эй!

— Как ты? — перебиваю его возмущения.

— Да норм, не переживай, беспечно отвечает.

— Я насчет операции той, хотела спросить…

— Так то я не имею право распространятся, — он выпуливает бычок в окно и поворачивается ко мне, хитро прищуривается, в уголках губ играет улыбка, — врачебная тайна и все такое.

— В курсе врачебной тайны и умею ее хранить, — намекаю ему.

— Да чо там говорить, я действовал по протоколу, проверил реакцию пациента на препарат, родственников дождаться и спрашивать с них поднаготную не было времени, жена после приехада, но потом что-то пошло не так. Мужик был безнадежен. Там уже кровища пошла хлестать во все стороны, еле откачали. Вахабов нашел источник кровотечения, норм сработал, зашили. Но слишком сильная кровопотеря, безнадежно короче.

Протокол протоколом, но смотрят по факту. Операция закончилась летально.

— Я очень сочувствую, что ты теперь не можешь заниматься врачебной практикой. — это наверно, самое главное, что меня гложет.

— Не бери в голову. Не твоя печаль. — он достает еще одну сигарету. — Будешь?

— Не курю, — коротко мотнув головой.

Он отворачивается, не желая дальше разговаривать, одевает наушник.

Уходу готовится к операции. Ничего я не смогла бы сделать в данной ситуации. Я не всесильна и выцарапать жизнь человека из лап смерти не всегда возможно

Идем с Евгенией на остановку после работы.

Первый снег как лег так же быстро растаял. Зима еще не забрала все права у осени и потихоньку вступает в силу. В воздухе кружат одинокие белые снежинки падая на асфальт тут же тая, холод в воздухе уже ощущается не переходя грани в минусовую температуру, отсюда и лужи на асфальте. Пришлось и мне признать что зима уже настала и достать свой зимний пуховик.

— На день рождения ко мне приходи, дома будем отмечать, почти в семейном кругу. На работе тоже конечно проставлюсь, да выходить никуда не хочется, ни баров, ни кафешек шумных. Ой устала я после всех этих ночных смен, дома бы посидеть отдохнуть. Ресторан дорого, за один вечер отдать несколько своих зарплат — нет уж увольте, я лучше к лету подкоплю и на море сгоняю. Ох, Лена, как давно не была я на море. Отдохнуть как белый человек, “пожарить” бока.