Книга Измена с молодой. Ты все испортил!, страница 72 – Аника Зарян, Каролина Шевцова

— Тем более! Вы свои кризисы уже прошли, теперь только радоваться и наслаждаться! Любовь живет три года — это нам пытаются впихнуть психологи, как истину. Кать? Скажи?

— Действительно, — отвечает Катя. Я ставлю противень на мраморную поверхность, поворачиваюсь лицом к ней и ловлю внимательный, изучающий взгляд. — Принято считать, что после трех лет влюбленность превращается в любовь. Но это не догма. Каждые отношения особенные.

— Какие у нас интересные экономисты, — шутит муж. — И в цифрах разбираются, и в психологии отношений.

— Жизнь заставит и не в таком разбираться, — раздается голос Оли, которую практически не видно из-за спинки дивана.

— Есть такое, — отвечает Карен. — Джана, я в кабинете посижу. Позови меня, когда накроешь. Дамы?..

Карен проходит в дальнюю комнату на первом этаже, которую мы сделали кабинетом, чтобы мне было удобнее работать из дома. Я остаюсь в столовой, чтобы вернуть мыслям порядок. Схватываю волосы пружинкой и начинаю раскладывать по вазам и сервировочным тарелкам заранее подготовленные блюда.

— Ну, почему? — слышу, как вздыхает Оля, — Почему все не могут быть такими же? Почему надо обязательно изменять? Ну, разведись ты, если так плохо. И гуляй себе, сколько душе угодно. Зачем грязь в дом-то тащить?

К горлу подкатывает тошнота.

— Ты видела, сколько охотниц сейчас за надежными женатыми мужчинами? — говорит ей Света тихо. Не хочет, чтобы ее слова достигли ушей Карена. — Баба не захочет…

— У этих баб нет обязательств перед семьей женатика, — отмечает Оля. — Они никого не предают.

— Но принципы же должны быть элементарные? — добавляет Ира. — Да взять ту же брезгливость. У меня от одной мысли, что с моим мужчиной кто-то еще может спать, тем более если это его законная жена, всё желание пропадает.

— Так это у тебя. — Света осуждающе цокает языком. — А у этих… Никаких принципов. Они же не виноваты, что всех приличных расхватали. Вот и приходится сражаться за свое место под солнцем, даже если общество осудит. Господи, у меня от этих разговоров всё внутри скукожилось, девочки. Я своему Антону доверяю. А вот им — нет.

— Давайте сменим тему. — откликаюсь громко из столовой. — Помогите мне.

Возможно, мои слова прозвучали резче, чем следовало, но мне не хочется дальше выслушивать лекции про проблемы шлюх и причины мужских измен. Хватит с меня своей собственной разрушенной семьи.

Мои «особенные отношения», как выразилась Катя, переросли в любовь, спустя эти пресловутые три года, подкрепились рождением долгожданных детей, но всё равно разбились вдребезги о банальную неверность идеального во всех отношениях мужа.

Девочки подходят к столу. Я все ещё занимаюсь нарезкой и прошу их помочь с сервировкой — жестами показываю, где брать тарелки, приборы, стаканы и бокалы…

— Это что, шейкер? — восклицает внезапно Ира, заметив в углу одной из полок стеклянный прибор узнаваемой вытянутой формы. — Только не говори мне, что ты и коктейли умеешь смешивать?

— Не скажу, — ухмыляюсь, убирая в холодильник контейнеры с заготовками. — это золовка забыла.

Шейкер остался на моей кухне после одного из первых субботних обедов в новом доме.

— Она к нам присоединится? — интересуется Света.

— Нет, я ее попросила присмотреть за детьми сегодня.

— А жаль… — тянет Оля. — Я бы сейчас не отказалась от «Секса на пляже».