Книга Измена с молодой. Ты все испортил!, страница 71 – Аника Зарян, Каролина Шевцова

— Оля, мне жаль, что тебе приходится через такое проходить, — обнимаю подругу за плечи.

— Ладно уж… — вздыхает она. — Сама виновата, самой и расхлебывать. Милу только жалко, опять отец съедет, скучать будет… Долго мы на одном тосте застряли. За нас, что ли?

Она тянется к бокалу, и, заметив, что вина в нем нет, наполняет его. Под звон хрусталя мы вразнобой подхватываем «за нас» и подносим бокалы к губам. Одновременно раздается сигнал духовки, оповещающий о готовности основного блюда. Я ставлю фужер на столик и поднимаюсь.

Слышу щелчок входной двери.

— За что пьем, прекрасные дамы?

Смотрю, как подруги расплываются в улыбках.

— Встречу отменили, — ведет бровью муж, обращаясь ко мне и, разувшись, проходит в дом.

— За женскую дружбу. — отвечаю на вопрос Карена, стараясь звучать непринужденно, и, пока он не подошел ближе, направляюсь к кухне.

Карен несколько секунд наблюдает за мной. И идет следом.

Подхожу к духовке, выдвигаю дверцу — она выкатывается и обдает мое лицо жаром.

— Ой! — вскрикиваю от палящей волны, резко отпрядываю и врезаюсь спиной в мужа.

— Джана, осторожнее же надо! — воспользовавшись моим замешательством, он мягко разворачивает меня к себе лицом, ласково обвивает ладонями за талию и притягивает к себе. — А если бы ты обожглась?

Он смотрит мне в глаза. Хочу убрать его руки, но боковым зрением замечаю, как подруги наблюдают за нами, и медлю, не прерывая зрительного контакта.

Карен трактует моё бездействие по-своему, касается губами моего лба и прижимает к себе. Зарывается носом в мои волосы.

Я будто цепенею, прислушиваясь к своим ощущениям. Еще недавно могла бесконечно долго смотреть в его родные, любимые глаза, а сейчас это становится для меня пыткой. Могла находиться в его объятиях часами, а сейчас — хочу вырваться и уйти.

Я чувствую его рваное дыхание. Тело откликается на него учащенным сердцебиением, но мне неприятно всё происходящее. Он держит меня за скулы и тянется губами. Закрываю глаза, подставляю почти ватные от волнения руки между мной и ним и аккуратно отталкиваю:

— У нас гости. — Говорю максимально оживленно, пытаясь скрыть за маской веселья свои истинные чувства.

— Ничего-ничего! — многозначительно тянет Света. — Не обращайте на нас внимания!

— Слышишь? — улыбается мне Карен. — Гости не против. Да и что я такого делаю? Просто целую любимую жену после работы.

— Отпусти меня, — шепчу все так же, с улыбкой на лице, а у самой от напряжения внутри всё дрожит.

Хочется послать к черту и своё желание скрыть всё от подруг, и решение перед ним притворяться, что у нас всё налаживается. Но держусь.

Он смотрит на меня с прищуром, ослабляет хват вокруг талии:

— Как скажешь, джана, — улыбается и переводит взгляд на дверцу духовки. — Что ты приготовила?

— Веллингтон, — поворачиваюсь спиной, на этот раз осторожнее открывая духовку.

— Ммм, дамы, я вам завидую белой завистью, — включает обаяние Карен, понизив голос. — Когда я впервые попробовал веллингтон моей жены, понял, что не ошибся с выбором суженой. Пальчики оближешь!

— Да мы и сами себе завидуем, — смеется Ира, — увидели воочию великолепный пример, как сохранить страсть в отношениях после десяти лет брака. Или сколько вы лет женаты?

— Двенадцать.

— Двенадцать, — отвечаем одновременно.